В глазах Тарии появилось понимание. Она уверенно кивнула.

— Да, я могу это.

— И еще… Насколько я понял, ты привлекла внимание и младшего принца. Рекомендую переключиться на него. Может быть, не сразу… Стать принцессой — не намного хуже, чем королевой. К тому же меньше забот. А младший принц может не устраивать отбор, а выбрать жену любым способом.

Лицо Тарии просветлело.

— Вы правы. Благодарю вас. Вы можете рассчитывать на меня… во всем. И… таросси Герат… вы позволите мне… навестить Илону? Она стала… небезразлична мне, хоть и не сказала, что тоже познакомилась с Клаусом…

— Позволю, — усмехнулся я. Ну до чего понятливая девушка. При ином раскладе она действительно стала бы хорошей Великой. — Позже, когда придет в себя.

Отпустив Тарию, я поспешил в медицинский блок. Нужно было понять, когда ждать пробуждения Астер. Сейчас каждая минута на счету. В отличие от меня, Клаус имеет возможность действовать прямо сейчас. И уже начал.

Конечно, медики отвели Астер лучшую палату. Целые апартаменты. Здесь были даже настоящие окна в один из внутренних садов, что редкость для академии, расположенной в недрах горы.

Астер лежала без памяти под белым покрывалом, все еще очень, просто невероятно бледная. А ее дух витал где-то не здесь. Вокруг пахло целебными травами для восстановления сил — чуть пряный приятный аромат. Отпустив медичку, дежурившую подле нее, я взял Астер за руку.

Холодная, слишком холодная… Слишком серьезные травмы ей пришлось пережить. Слишком далеко сейчас ее дух.

Снова отчаянно захотелось спалить Клауса. Мысленным взором я увидел, как поганый принц орет в языках пламени. Милосердие к негодяям — не моя добродетель…

Я сжал зубы.

Астер спокойно дышит, погружена в целительное беспамятство. Нужна почти неделя такого сна, чтобы организм выздоровел до конца. Минимум три дня.

А у нас нет этих проклятых дней!

От досады пламя внутри полыхнуло сильнее, язычок потянулся наружу. Несколько мгновений я мучился, заставляя его уползти обратно. Потом облегченно откинулся на спинку кресла. Удалось. Просто очень больно.

Вспомнилось, как я терзался от приступа в комнате под землей. Огонь сжимал голову пламенным обручем, грудь выжигало изнутри. И вдруг словно горсть холодной воды на обожженную кожу. Я ощутил ее присутствие, как будто в древнем подземелье заструилась свежая живая речка…

В древнем подземелье… В древнем подземелье.

В древнем подземелье лежит дракон, который служил предкам Астер. И его дух тоже далеко, где-то там…

Я встал, меня озарило.

…Жаль только, придется подождать до ночи. Если я сейчас заберу Астер из палаты, возникнет слишком много вопросов, пойдут слухи. Даже если сам путь я пройду невидимкой.

Будем надеяться, успею. Несколько часов — и все получится. Пока подготовлю бумагу. И еще кое-что нужно узнать прямо сейчас.

Выйдя из палаты, я заглянул к мэтру Пайро — медику, которому я поручил водных драконов.

— Как живность? — спросил я.

— Пришлось поработать, но теперь живее всех жиСавых, — с радостью улыбнулся мэтр, указав на большой аквариум возле окна. Мелкие драконы бодро плавали по кругу, иногда выныривали к поверхности и высовывали мордочки — видимо, искали хозяйку. Выглядели бодрыми, но в поведении чувствовалась нервозность.

Меня они заметили сразу, и похоже, узнали… Дракончик покрупнее — самец — зацепился лапами за край аквариума, вылез на него и явно собрался продолжить путешествие ко мне.

— Она жива и выздоравливает, — сказал я в сторону драконов, вкладывая ментальный импульс, отражавший смысл слов. — Мэтр Пайро, хватит мучить животных! Отнесите аквариум с драконами в палату к Илоне Гварди. Поставьте недалеко, так, чтобы они могли видеть хозяйку.

— Животных в палату?! — ужаснулся мэтр. — Но это же запрещено!

— Если у кого-то возникнут вопросы, скажете, я распорядился, — ответил я. — И да, я пришлю сюда хорошую водную магичку, она запустит в аквариум сообразительных элементалей, чтобы ухаживали за драконами. И посидит с таррой Гварди.

Под хорошей водной магичкой я, конечно, подразумевал ту сообразительную девочку — Керру Ти, что специально вылетела из отбора, чтобы быть со своим парнем.

Я собирался вызвать ее и остальную молодежь, с которой дружила Илона, — более преданных охранников и сиделок, чем эти ее друзья, не найти.

Но они опередили меня.

Две пары молодых людей, переговариваясь, стояли в коридоре недалеко от моего кабинета. Страстно жестикулируя, они пытались объяснить что-то Квину, который столь же горячо доносил до них, что к ректору… никак, никаким способом, ну просто совсем невозможно!… попасть без предварительной записи.