— Астер… — я вдруг увидела, что Тария плачет. — Я сделаю все! Все, что смогу! — к собственному удивлению, заметила, что рука сдержанной прежде девушки сжалась в кулак. — Да, я подниму магов и народ! Любой ценой! И я подниму их именем Астер Гайнори! Именем воскресшей герцогини Сампрэ! А эти гады поплатятся за все!

…Разумеется, в ответ на такую пламенную речь я заревела тоже. Мы обнимались, плача, опирались друг на друга в центре зала, где все так же недвижимо спал дракон

— Если я погибну, постарайся сама выжить, — прошептала я Тарии, обнимая ее. — И… найди других драконов, попытайся их разбудить… Они нужны миру!

Тария кивнула, улыбнулась сквозь слезы.

…До перекрестка мы шли вдвоем. Потом еще раз крепко обнялись в темноте и тишине подземелья. И Тария пошла обратно — к выходу. А я свернула туда, куда указывала висящая в воздухе белая стрелка.

Все же мне придется пройти испытание до конца. И, честное слово, берегись, Клаус! Теперь я готова задушить тебя голыми руками. Магия мне для этого не нужна!

Герат

Конечно, вскоре Статир понял, что недооценил меня как противника. А может, передумал умирать… Когда ему стало очевидно, что схватка быстро закончится моей однозначной победой, он пустил в бой своих псов.

То есть девять охранников, стоявших по периферии зала. Стало сложнее, пришлось разбираться с ними со всеми. И если вопрос с боевыми магами решался силой и умением, то с менталистами пришлось тяжело…

Испытывать постоянное ментальное давление, одновременно сражаясь, не сдаться ему, титаническим усилием прикрыть свой разум и заставить себя отбросить «ментальный удар» обратно так, чтобы ранил менталиста рикошетом… Все это требовало предельного сосредоточения и отнимало силы.

Когда девять тел лежали на полу, четверо из них мертвые (не я начал этот бой, я всего лишь сражался за свою жизнь!) и на меня пошла огненная волна от самого Статира, признаюсь, я немного устал. На это король и рассчитывал.

А главное, на все это уходило время, много времени… И я катастрофически не успевал в зал с драконом к тому моменту, когда, по моим расчетам, там должна была появиться Астер.

Да и поганый принц может прийти в любой момент!

Затягивать схватку со Статиром не стоит. Хотя… есть и другая идея.

Астер

Только теперь я стала Хранителем. Ощутила ответственность за происходящее. Поняла, что я одна в этом подземелье, иду по коридорам, которые приведут к зениту моей судьбы. И я одна отвечаю сейчас за себя. И странно — это чувство одиночества, щедро сдобренное болью, словно окрыляло.

Я как будто взлетела над собой и смотрела со стороны, как мое тело идет по темным коридорам. Как я призываю свои стихи. Вода, огонь, земля, воздух… Мои стихии, моя сила. Теперь она работала сама по себе. Я проходила испытание автоматически, отрешенно.

Страхов не осталось. Я должна пройти здесь. И точка.

Явно Клаус строил этот маршрут ради кого-то вроде меня. Не убить, а выявить Хранителя. Потому что никто другой не смог бы его пройти.

А значит, я иду в ловушку. Осознаю это. Но не могу свернуть. Потому что там Герат. И все мои мечты о справедливости и новом мире, в котором драконы летают над землей и хранят мир от неоправданной жестокости, узурпаторов и дисбаланса, останутся мечтами.

На меня снова падали каменные глыбы — и я рассыпала их в пепел. На меня шла стена огня — и я тушила ее водой. На меня летели ядовитые летучие мыши, пригнанные сюда из самых отдаленных уголков подземелья — и я разила их воздушным потоком, загоняла в щели и боковые коридоры. На меня снова шли живые мертвецы, приходилось проходить по тонким мостикам над горящей бездной, приходилось лететь над пропастью, когда пол вдруг заканчивался и никакого моста, ведущего на другой берег, не было…

Я смогла. Потому что я не имела права пытаться. Я должна была смочь. И смогла.

План испытания не врал. В конце я оказалась в прямом освещенном коридоре, он вел в тот самый зал, где должна будет решиться моя судьба.

В проеме арки виднелись всполохи, что-то взрывалось.

Герат!

Я бегом бросилась туда.

И обомлела, когда вбежала внутрь. Это было красиво… Ничего не скажешь. Очень опасно, но безумно красиво. Пожалуй, такую битву можно увидеть лишь раз в тысячелетие!

На полу лежали мертвые и полумертвые тела гвардейцев Статира. А в центре зала сражались два огненных мага.

Герат — высокий, статный, весь в черном, с силой, ощущаемой во всей его мощной подтянутой фигуре. Статир — тоже высокий и сильный, другой… похожий на разбушевавшуюся скалу, хоть и был огненным магом. Стены огня встречались между ними, гасли, огненные спирали закручивались вокруг их тел и летели обратно в противника, пролетали куски скал, призванные ударить соперника… А порой они вдруг сближались — и в дело шли мечи, скрещивались с искрами пламени и водоворотами кипятка. Все взрывалось, шипело…