Чемодан забавно скакал по храну, слегка подпрыгивающей поступью: не имея образца живого создания, я кривовато собрал плетение движения, но это с лихвой окупалось избавлением от необходимости таскать его в руках. А если забить все отделения медикаментами и амулетами под завязку, то чемодан и вовсе будет весить даже больше, чем тащит боец на выходах… Просто и со вкусом: ровно то, что нужно медику, без всех моих металлических стенок, амулетов защиты и нападения. Так что помощь старика, его въедливая критика и ехидность оказались очень полезны… хотя и с трудом переносимы. А вот моя увлечённость и необычность работы немного меня подвели: придётся подумать о лечении на месяц раньше срока.

Латир Вардо опустил локти на стол, сцепил пальцы в замок, оглядев меня, вздохнул:

– Аор, отпуска – это сложная тема. У меня люди по два года уже не ходили, и время для них выбирают обычно зимой или ранней весной – редко кого можно отпустить в другое время. Слишком уж ответственный участок у бегунцов. А ты отслужил едва шесть месяцев и хочешь отдыхать. Так дело не пойдёт. Всё понимаю: ты парень молодой, увлекающийся соблазнами, но давай подумаем об этом в следующем году. Ты предупредил о своём желании, я запомнил и подумаю, как это сделать лучше.

Я качнул головой:

– При всём к вам уважении, лэр-капитан, но это не имеет отношения к моему вопросу. Я прошу не отдыха, а две недели лечения. Вы должны быть в курсе моей нужды, в личном деле есть страница с графиком санаторного лечения.

Командир роты молча принялся копаться в шкафу, затем листать найденную папку и, наконец, признал:

– Так точно, правда твоя, но срок здесь указан чуть позже. Если потерпишь, то зимой можно подумать и втиснуть тебя в график. Договорились?

– Сожалею, лэр, но мне это не подходит. Вы же помните, с чего началось наше знакомство в этом кабинете? Испытательный срок. Если потяну. Я тяну, согласитесь, но мои ограничения требуют регулярного лечения.

Латир нахмурился:

– Даже если до ближнего санатория, то считай неделя одного пути, две там, обратно… Ты на месяц бросишь отряд: весь выход, а то и два они будут без тебя. Ты ослабляешь отряд, маг.

– Командир, – я тоже недовольно сморщился. – Вот только не нужно этого… Они до моего приезда ходили сами. И сейчас смогут без меня обойтись. Обоих големов я переведу на Вида.

– А вот здесь подробнее. Твой громила ясно, высший. Но ведь скорпион обычная марионетка?

В разговор влез Ребен, до этого молча сидевший за своим столом:

– Нет, командир, можно считать, что он тоже высший голем – старший лейтенант у нас не разменивался на бросовых марионеток.

Мне даже не пришлось дополнять, за меня всё сказал безопасник. Впрочем, ему и положено быть в курсе таких вещей. Хорош бы он был, пропустив перевод такого количества дорогих материалов на простую и глупую куклу, от которой не много толку в лабиринте песков. Но я всё же сказал и своё слово, видя, что капитан ещё колеблется:

– Это не прихоть, а необходимость. Вы были поставлены о ней в известность. Откажете, – пожал плечами, – буду добиваться. Мне калекой становиться совсем не хочется.

Капитаны переглянулись. Безопасник предложил:

– Сначала осмотр в нашем госпитале. Может обойдётся и тебя здесь сумеют подлечить.

– Так точно, – я кивнул, не став доказывать, что моя травма особого рода и требует такого же лечения.

Капитан Ларит добавил:

– Без обид, Аор. Я с таким сталкиваюсь впервые. Да и ты хорош, прибегая с такой проблемой в последний момент.

Дверь за мастером Ранидом закрылась и капитаны снова переглянулись.

– Ребен, я, конечно, знатно сел в лужу, проморгав ту страницу, но к чему эти палки в колёса? Зачем этот осмотр?..

– Последняя проверка.

– Ты всё ещё не угомонился? – командир роты покачал головой.

– Практически, – собеседник поморщился, но признал. – Даже бутыль купил. На него только пара странных докладных лежало в Райте. А в остальном – можно на смотре в пример ставить.

Латир довольно улыбнулся.

– То-то и оно. Я на их отряд уже двойной участок выделяю, и тянут. Если они и без него удержат нагрузку, то можно будет людей дополнительно в отпуска отправить. Тебя, например.

Безопасник прикрыл серые глаза ладонью и засмеялся:

– Ты ещё скажи, чтобы я ему вторую бутылку поставил.

– Жирно будет молодому, – капитан подхватил смех. – А вот на зимнем параде он у меня в наградах с ротной Сигной выйдет, покрасуемся молодым героем.