Шрифт:
– В Новосибирске, наверное, не так красиво?
– Не так..
Я снова повторяю слова за ним, словно мой лексикон обеднел настолько, что способен лишь воспроизводить только что услышанные фразы.
Я не понимаю, что со мной происходит - меня и пугают и одновременно будоражат эти метаморфозы сознания. Вообще, я сейчас много чего не понимаю, но знаю одно - я не хочу, чтобы этот вечер когда-нибудь заканчивался.
– Я никого не приводил сюда раньше, - нарушает он тишину.
– Правда?
– Да.
– А почему именно я?
– поднимаю голову, и взгляд словно магнитом притягивается к его губам.
– Не знаю. Ты мне понравилась, - вот так просто: ты мне понравилась.
Ощущаю, как щёки но новому, наверное, сто первому разу заливаются краской. Хорошо, что на улице темно и света из номера хватает ровно настолько, чтобы увидеть нужное и спрятать не важное.
– Спасибо... Ты тоже... мне...
Господи! Что я такое несу?!
Спасибо? Я сказала ему "спасибо"?!!
– Спасибо?
– повторяет Марк и поворачивает меня лицом к себе. Он широко улыбается, обнажая идеальный жемчуг зубов, и я готова уже шагнуть за перила, лишь бы не сгорать сейчас от стыда.
Сейчас он посмеётся надо мной...
...но вместо смеха он вдруг обнимает меня, прижав к себе настолько тесно, что перехватило дыхание.
– А ты забавная, Таня.
А скорее я просто дура...
– Извини, я же говорила, что совсем не пью... Это всё алкоголь... Это вообще очень вредно, да и ни к чему...
– шепчу в его рубашку и, честное слово, готова разрыдаться.
Ну почему я такая глупая?!
– Да всё в порядке, ты чего?
– он отстраняется и обхватывает ладонями мои пылающие щёки. Он смотрит так искренне, в серо-зелёных глазах нет абсолютно никакого подвоха. Какие же у него красивые глаза...
– Ты, наверное, решил, что я совсем ненормальная.
– Ну, почему же - не совсем.
Всё, это конец. Он всё-таки надо мной смеётся!
Пытаюсь вырваться из его рук и вдруг ощущаю на своих губах его губы. От неожиданности я так опешила, что совсем забыла, что я собиралась только что сделать, куда пойти и, вообще, кто я такая...
Часть 17
Боже мой, почему никто никогда не говорил, что мужские поцелуи могут быть настолько сладкими?
Я целовалась со Славиком много раз, но никогда не испытывала ничего даже близко похожего. Под подошвами моих туфель всегда была земля и она не качалась, словно дрейфующий на воде бумажный кораблик. И мир не кружился, и голова была свежа, как солнечное морозное утро. Сейчас же я словно сошла с орбиты и полетела раскинув руки на дно Марианской впадины.
Нет ничего вокруг, всё такое мелкое и неважное... И мне даже всё равно, что я знаю только его имя.
Сейчас точно всё равно.
Его ладони сползают с талии ниже, я чувствую, как жадно он сжимает мои ягодицы и... чувствую ещё кое-что... И это, наконец, отрезвляет.
Завожу руки за спину и снимаю с себя его руки.
– Что-то не так?
– шепчет Марк в мои губы, и я отстраняюсь, для верности делая пару шагов в сторону.
– Марк, послушай... Я сама не знаю, что со мной происходит, правда...
– тяжело дыша, одёргиваю платье.
– Всё это так странно... Вот это вот всё! Ну, танцы, поцелуи - всё это совсем не меня не похоже. Мне дико стыдно, наверное, я выпила лишнего, но... в общем, мне надо идти, - пячусь назад.
– Ты не подумай, дело совсем не в тебе, это всё мои тараканы и ты никоем образом... Господи, что ты делаешь?!
– кричу, когда он делает уверенный рывок вперёд и словно пушинку поднимает меня на руки.
– Марк! Марк! Отпусти меня! Пусти немедленно!
Молочу по его спине сжатыми кулаками, но он словно меня не слышит: поддевает ногой слайд двери и заносит меня в номер, уверенно двигаясь в сторону шикарной спальни.
Я была там с уборкой много раз, и эта покрытая шелковым покрывалом кровать... она размером с Боинг!
Я понимаю, зачем он меня туда несёт - я неопытна, но я совсем не дура.
– Марк, пожалуйста, поставь меня! Отпусти же!! Немедленно!
– требую, и он неохотно исполняет мою просьбу. Обиженно поправляю растрёпанные волосы и пытаюсь привести сбившееся дыхание в норму.
– Не подумай, что я пуританка, но... мы с тобой совсем не знакомы. Это неправильно! Я тебя не знаю, как и ты меня. Нет, ты мне понравился, но... Наверное, мне всё-таки лучше уйти.
Он смотрит на меня и в его глазах читается интерес гораздо ярче и острее, чем был раньше.
– Брось, Тань, мы оба взрослые люди - если ты против, то ничего не будет. Тебе не обязательно уходить. Мы можем немного выпить или, если хочешь, посмотреть кино, - и, видимо, заметив в моих глазах замешательство, уточняет: - Не порнографию, не волнуйся. Я не извращенец.
Ошарашенно моргаю, и губы против воли растягиваются в улыбке. Напряжение немного сходит на нет, хотя огромная кровать за его спиной не перестаёт смущать.