Бесполезно. Ничего не произошло. Этого следовало ожидать: что они заблокируют возможность перенестись в дом магистра… надо бежать, бежать, но как? Куда? В бальном зале не действует запрет на перемещения, но дальние перемещения — заклятия шестой ступени, а Джеми доступна только пятая. Он никогда не открывал порталов, лишь учил для себя теорию.

Он слишком юн. Его магический резерв слишком мал. Попытка улизнуть значит верную смерть.

— Ты ничего не можешь сделать. Сам знаешь. — Голос Шейлиреара был почти отеческим. — Не торопись с опрометчивым шагом, подумай… зачем понапрасну губить свою жизнь?

Поверх языков пламени Джеми смотрел, как приближается убийца его родителей: в окружении рыцарей, чьи мечи заливала кровь его сообщников.

Он отдал бы всё, чтобы сейчас сразиться с ним. Со всеми ними. Но знал, что сейчас от его смерти никому лучше не станет.

— Джеми, — голос Алексас был тихим, спокойным даже, — только не делай глупостей. Может… может, нам в самом деле…

Джеми не слушал. Он глядел в пламя.

Пока безумная мысль, пришедшая в голову, обретала всё более чёткие очертания.

Испепеляющий огонь требует огромного количества магической энергии. Следовательно, и заключает в себе столько же.

И если преобразовать её, вобрав в себя, восполнив недостаток собственных сил…

Джеми сощурился. Увидел вокруг огненных языков размытый контур чёрного сияния. Тёмная магия, очень тёмная. Что поделаешь… Прикрыв глаза, глубоко вдохнул — успокаиваясь, очищая сознание от страха, ненависти, посторонних мыслей. Увидеть внутренним взором чёрные волны, почувствовать, как они окружают тебя, сплетаясь в кокон; пропеть про себя слова заклятия…

…трада пэр ариа…

Виски ныли, сердце колотилось прерывающимися, серийными ударами, но Джеми не обращал внимания, замыкая на себе искристые потоки колдовства: балансируя на пике, над кипящим океаном, подступающим снизу, жутким, всесильным, жадным…

…раверсо лакуа эла тера…

Ещё немного…

Сплетя в сознании магическую формулу, он мгновенным движением вскинул руки, начертив руны.

Всё.

Выкрикнул финальное:

— Инметсо!

Узурпатор изумлённо поднял ладонь — но Джеми уже вздёрнуло вниз головой, понесло куда-то, закружив в неясном мареве форм и звуков. В глазах потемнело, виски стиснуло железными обручами, а всё вокруг выло, неслось, кружилось…

Я сейчас умру, спокойно понял он.

И в тот же миг ударился спиной обо что-то, едва не вышибившее из него дух.

Сначала он просто лежал, судорожно пытаясь вдохнуть, пока окружающая темнота заливала ему глаза водой. Потом, превозмогая боль во всём теле, повернулся набок. Ещё какое-то время — и сумел встать на подкашивающиеся колени; казалось, его вывернули наизнанку, выпотрошили и вывернули обратно.

Невероятно.

Джеми сидел на дне неглубокой ямы. Вспышки молний озаряли ершистые стволы деревьев вокруг. Лес? Но где? И откуда яма? Ах да, он не учёл закон сохранения массы: ничто не берётся из ничего, и если что-то переносится из пункта А в пункт Б, то что-то такой же массы обязательно должно перекочевать из пункта Б в пункт А. Забыл вплести в формулу аннулирующую связку. Значит, теперь в бальном зале у ног узурпатора лежит куча земли.

Четвёрочка тебе, Джеми. До пятёрки не дотянул…

Он отупело, заторможенно шмыгнул носом.

Выбрались. И что дальше? Все, кто был в штаб-квартире, мертвы. Сам Джеми потерялся где-то в Срединном королевстве: он ведь не думал о месте перемещения, просто хотел оказаться как можно дальше от мёртвого дома. Найдж и Герланд наверняка уверены, что он погиб. Искать его не будут.

Интересно, а в особняке магистра тоже был пожар? Шерлаг-лиэн, милая, родная старушка-цверг, в это время наверняка ужин готовила…

Джеми осознал всё это — и засмеялся глупости своих мыслей. Разве может такое быть? Он спит, вот и всё. Надо только найти в себе силы проснуться, и всё вернётся на свои места.

Засмеялся… а потом всхлипнул, и смех, оборвавшись, перешёл в стон.

Он скорчился на рыхлой земле. Рыдания душили, драли горло и жгли глаза; а сверху колотил ливень, глухо рычал гром и молнии белыми клинками рассекали ночное небо.

— …успокойся! — наверное, Алексас кричал давно, но Джеми услышал брата только сейчас. — Джеми, слышишь меня? Джеми!