Элли была там одна. Он не мог защитить ее, обнять. Он бросил ее там.

– Я не могу позволить ей уйти.

А она наверняка попытается это сделать. Мужчина не сомневался, что она будет на ногах сразу, как проснется.

– Я думаю, она уже сломлена, сынок, – покачал головой Хатч.

Райли не был с этим согласен. Ничто не могло сломить Элли. Возможно, она упала на минуту, но он знал ее. Она снова поднимется.

– Нет. Она не позволяла себе плакать. Не знаю, почему увидев Дрю, она так себя повела, но ей было это нужно. Ей нужно было выпустить все, но я уверен, когда Элли проснется, она попытается запихать мои яйца в меня, а затем отстрелит мне палец и постарается уйти. Она будет одна, а для нее это самое худшее сейчас.

– У нее есть сестра.

– От которой нет никакого толка. Ей нужен я. Ей нужен кто-то, кто поставит ее желания на первое место, – Райли начал двигаться вдоль коридора. Он подозревал, что ее сестра будет в восторге от такого поворота. – К сожалению, мне кажется, что придется много сражаться, чтобы убедить ее остаться здесь.

Он позвонил Лили после того, как Элли заснула, чтобы сообщить ей, что Элли в безопасности. И даже Лили была уверена в том, что Элли уйдет от него. Она предложила свою квартиру, в качестве временного пристанища для Элли, но едва ли это было бы мудрым решением.

Лили уже работала на младшего Касталано. Ее заверили, что ей дадут немного времени, прежде чем решат, что с ней делать. Она может остаться там и стать глазами и ушами Райли.

Однако вряд ли это получится, если Элли поселится у нее. Пресса быстро об этом узнает, и верность Лили окажется под вопросом.

Элли должна остаться здесь. Ей нужна защита его семьи и их деньги. Ей нужно стать Лолесс.

Хатч последовал за ним.

– Или ты можешь придумать для нее повод остаться.

Как далеко он готов зайти, чтобы защитить ее? Этим вопросом Райли задавался с того момента, как ее увели. Он и так практически главный злодей. Насколько далеко он готов зайти, чтобы убедиться в ее безопасности?

– Уже. Она знает, что я плачу Гаррисону.

Он надеялся, что этого будет достаточно, но удар, которым она поприветствовала его, говорил об обратном. Элли развернулась и пошла к двери.

Он не мог позволить ей выйти за ту дверь.

– Да, но она так же знает, что ты продолжишь платить ему, – произнес Хатч, когда они свернули за угол.

Дрю, скорее всего, в конференц-зале. Почему у них не может быть чертовой игровой или семейной комнаты? Нет. Все они собирались в конференц-зале, словно семья была их бизнесом.

Так и было для них. Только их настоящим бизнесом была месть. С тех пор, как родители умерли, а они оказались разбиты и сломлены.

Что, если они способны на большее?

– Я не собираюсь шантажировать ее этим, – ответил Райли, когда они зашли в конференц-зал. – Если она решит уйти, я все равно помогу ей. Я не оставлю ее без каких-либо средств.

Дрю взглянул на него из-за компьютера.

– Генри Гаррисон думает, что это может быть ошибкой.

Райли уставился на старшего брата.

– Ты разговаривал с адвокатом Элли? Он говорил с тобой о ее деле? Гаррисон говорил мне, что не сможет этого сделать, пока она не даст согласия.

Райли вспомнил свой тридцатиминутный спор с Гаррисоном по этому поводу, аргументы в котором приводил только Райли, пока Гаррисон не объяснил ему, что время не на их стороне. Элли была арестована в четверг, если до утра пятницы ее не переведут в федеральную тюрьму, она может остаться за решеткой на неделю. И Райли уступил, потому что не мог смириться с этой мыслью.

Ему показалось, Гаррисону понравилось, что он сдался. Он был сволочью, но при этом был лучшим в своем деле, и именно это нужно было для защиты Элли.

– Деньги решают все, брат, – произнес Дрю. – Когда я сказал, что «4Л» вознаградит его за Элли, он был более чем счастлив поделиться со мной кое-чем.

Слава Богу. Одно дело предложить Гаррисону банковский счет Райли. Однако предложить средства «4Л» было словно открыть врата в рай и предложить адвокату взять все, что он пожелает. Дрю убедился, что дело Элли будет в приоритете у ее адвоката.

– Ты серьезно?

Дрю отклонился назад.

– Я не ожидал, что это так ранит ее. То, как она кричала... это показало, что во мне больше человеческого, чем я думал.

Райли положил руку на плечо брата.

– Спасибо. Ты об этом не пожалеешь. Она хороший человек, Дрю. Если ты получше ее узнаешь, она тебе понравится.

Элли была очень милой. Она была компетентной в рабочих вопросах и глупой, когда надо было играть. Элли была настоящей. Она менялась с моментом, с эмоциями. Но ее ценности оставались неизменны. Она всегда была доброй. Преданной. Всегда искала, как правильно поступить.