Женщина прошла мимо него.

– Честное слово, Райли, я думала, ты будешь более подозрительным.

– Только не с тобой, – в его голосе послышалась тоска, о которой Элли не хотелось думать.

– Так вот, моим гениальным планом после вчерашнего фиаско было найти Дрю Лолесса и попросить его помощи. Я собиралась обменять секрет отца на помощь Дрю с возвращением в «СтратКаст», но сюрприз. Здесь меня поджидал ты. Наверное, он тот, кто купил акции? – хватит с нее быть дурой. Она размышляла об этом, пока мылась в душе. Все встало на свои места. Элли сделали пешкой в войне, о которой она даже не подозревала. – Как вам удалось убедить мою сестру продать их?

Райли нахмурился.

– Мы предоставили ей несколько возможностей хорошенько потратиться и влезть в долги. Ей пришлось продать их. Но, по-моему, она и так сделала бы это рано или поздно.

– Конечно. Продолжай убеждать себя в этом. Все, что угодно, чтобы уснуть со спокойной душой.

– Это не так, крошка. Я больше не могу спать. И я не чувствую себя виноватым перед твоей сестрой. Она заслужила ситуацию, в которой увязла. Но ты нет, ты – другая. Мы сделаем все, что понадобится, чтобы «СтратКаст» оказалась в твоих руках.

В какой-то степени Райли был прав насчет Шари. Элли подозревала, что сестра медленно скользила к наркотической зависимости. Шари проводила вечера в клубах и любила расслабиться. Никакие разговоры не помогали вразумить ее. Колин отвлек ее от наркотиков на какое-то время, но потом, кажется, тоже подсел на них. И все же Райли не должен был помогать им. Это уже не имело значения, ведь дело было сделано, а у них были другие последствия, о которых стоило побеспокоиться.

– Сперва, тебе нужно каким-то образом спасти меня от тюрьмы. И я сомневаюсь, что вернуть «СтратКаст» в принципе возможно. Стивен начнет давить на меня, чтобы я продала свои акции. Он найдет способ, как ускорить процесс. Ведь у него сейчас отличное преимущество в виде обрушившихся цен.

– Да, я виноват в этом, не собираюсь лгать тебе и увиливать. Это я слил отчеты, а мой брат нанял репортера. Я понятия не имел, что о тебе будет написано в таком ключе. Я бы ни за что этого не допустил.

– У тебя есть полномочия допускать или не допускать такие вещи, Райли? – ей нужно было понять, как они работают. – Или всем заправляет Дрю?

Дрю Лолесс был большой загадкой в мире бизнеса. В век, когда владельцы ИТ-компаний больше походили на рок-звезд, Дрю держался отшельником. Его PR-делами заведовала глава рекламного отдела. Его фотографии были настоящей редкостью.

Ходили слухи, что он настоящий затворник, социопат. У Элли теперь были свои мысли на этот счет. Он не позволял себе быть на виду, ради мести.

– Дрю не контролирует меня, – подбородок Райли напрягся. – Я бы не допустил той статьи, и теперь, когда Дрю полностью понимает твое место во всей истории, он бы никогда так не поступил.

– У меня вообще нет никакого места в вашей истории. Но мне хотелось бы понять, почему ты решил, что, слив отчеты «СтратКаст», можно получить что-то, кроме обвала акций.

Мужчина начал мерить комнату шагами – для этого было достаточно пространства.

– Касталано любит играть. У него проблемы с азартными играми. Я думаю, именно так он слил десять миллионов. Недавно он задолжал одному типу, известному тем, что он не принимает расписки, если ты понимаешь, о чем я.

– Вы хотели, чтобы гангстер сделал грязную работу за вас?

– Мы хотели нажать и посмотреть, куда это заведет.

Элли подняла руку.

– Это привело нас прямо сюда. Теперь у Стивена есть все деньги, которые он так хотел, и я уверена, он использует их, чтобы погасить долги, в которые вы так старательно пытались его толкнуть.

Глубокие линии обозначились на его лице. Райли выглядел так, будто давно не спал.

– Да, наверняка он уже заплатил тому человеку.

– Это все, что от тебя требовалось? – она хотела узнать все о его предательстве.

– Я должен был найти что-то, что связало бы твоего отца и Касталано со смертью наших родителей. Мы думаем, что они наняли убийцу. Вместе с Патрисией Кейн.

– Отец ничего не сказал, когда я спросила о причастности Стивена. Он сказал, что грехи Касталано на его совести, – она вспомнила, каким измученным казался отец в последние дни.

Он был словно сам не свой от обезболивающих большую часть времени.

Райли скрестил руки на груди, его лицо стало жестким.

– Он причастен, Элли. Я знаю. Как и Патрисия Кейн. Мы прижмем их всех.

– А я буду просто косвенным ущербом, так?

– Ты значишь гораздо больше, и ты знаешь это.

– Я ничего не знаю, Райли! – она готовилась задать главный вопрос. Она должна услышать правду. Прямо из его уст. – Соблазнить меня было твоим заданием? Я готова была быть тебе другом, коллегой. Я предоставила доступ ко всему, о чем ты просил. Не обязательно было тащить меня в постель.