Вэл неохотно взяла лист бумаги и сделала, как он просил, наблюдая, как скептицизм исчезает с его лица, когда его подсказки были названы, одна за другой.

— Некоторых не хватает, — заметил Джейсон.

— Это, должно быть, Чарли, — сказал Джеймс, поднимаясь на ноги. Он оглядел комнату. — Но это же очевидно. Подсказки определенно образуют то же сообщение, что и письмо Вэл.

Джейсона, похоже, слова не впечатлили.

— Что собственно это значит?

Глухим голосом Вэл проговорила:

— Что мы должны бежать.

***

— ...Возможно, это записано в каком-то коде. Однако он упомянул жизни и ограничение по времени, так что письмо могло намекать на компьютерную игру...

«Почему я продолжаю работать в паре с Блейком?»

Блейк был достаточно милым, и, конечно, намного милее, чем большинство друзей-неудачников Джеймса, которые состояли из мальчиков, думающих, что девушке нравится, когда к ней прикасаются, как к футбольному мячу. Будто даже не предполагают, что ей может быть больно.

Лиза надеялась застать Вэл наедине, выяснить, что произошло между ней и ГМ, что заставило ее так на нее смотреть. Что заставило Чарли так кричать на нее? Почему она с самого начала вела себя более странно, чем обычно.

Честно говоря, она была удивлена, что Джеймс умудрился ничего не заметить — Чарли, конечно, да. И это сильно задевало ее. Лиза это видела, она бы многое отдала, чтобы узнать, почему.

Потом была та жуткая встреча с Джейсоном.

— ...И король и королева, скорее всего, имеются в виду шахматные фигуры...

— Может быть, — сказала Лиза более раздраженно, чем намеревалась, — Записка была просто уловкой. Не думаешь?

Блейк моргнул, глядя на нее из-за толстых линз очков.

— О чем ты?

— Уловка, — объяснила Лиза, продолжая идти вперед в одиночестве, — Отвлекающий маневр, ложь...

Она услышала, как он споткнулся, пытаясь ее догнать.

— Я знаю, что такое уловка, — заметил Блейк, — Ты просто удивила меня, вот и все. Я перестал говорить о том письме пять минут назад.

— О, — Лиза сделала паузу. Как неловко. — Тогда, о чем ты говорил?

Он снял очки, чтобы протереть их о футболку.

— Я спросил, какая музыка тебе нравится.

— Все, что имеет хороший ритм, — уклончиво ответила Лиза, — Кроме металла и кантри. Зачем?

— Просто любопытно.

— А какую музыку ты любишь? — она вздохнула.

— Классический рок. — Он вернул очки на место, близоруко щурясь на потолок. — Тебе нравится...

Слова Блейка проникли в ее уши, но смысл их не был полностью осознан. Совершенно другой частью мозга она считала передвижения Джейсона, который направлялся к лестнице, находясь от них менее чем в двадцати футах. Его вид наполнил Лизу глубоким отвращением.

И страхом.

Джейсон еще не видел их, но скоро увидит. Он вышел на охоту. Она повернулась к Блейку, который все еще говорил о разных артистах, имена которых звучали лишь смутно знакомо, и сделала шаг ближе к нему. Блейк едва обратил на это внимание.

Лиза склонила голову набок и оценивающе посмотрела на него. На самом деле без очков он выглядел не так уж плохо. Красивые глаза. Его кожа была довольно чистой, хотя и немного бледной — вероятно, от того, что он слишком много времени проводил перед монитором компьютера. И у него были красивые губы. Она поймала себя на мысли, что ей интересно, целовал ли он когда-нибудь девушку раньше. Если нет, то сегодня его счастливый день.

— ...восьмидесятые годы серьезно переоценивают. Я думаю, что в семидесятых было самое лучшее... мппхх?

Его карие глаза расширились за толстыми оправами линз, когда Лиза схватила его за воротник и прижалась губами к его губам. Блейк моргнул, а затем осторожно снял очки, которые начали запотевать, и сунул их в карман. Медленно он начал отвечать, нерешительно подняв руку, чтобы погладить блондинку по щеке в попытке исправить неловкий угол между ними.

«Ботаника уже целовали раньше». Лиза не была готова к волне ревности, которая сопровождала эту мысль.

Из холла донесся тяжелый стук. Блейк начал поворачиваться к источнику, но она быстро схватила его за плечи. Он не стал сопротивляться.

Один карий глаз приоткрылся, поглядев на лестницу как раз вовремя, чтобы увидеть фигуру в белом, перепрыгивающую через две ступеньки. Горькая улыбка тронула уголки ее губ, когда Лиза снова закрыла глаза.

Прекрасно.

***

— Привет… Джейсон, верно?

Джейсон обернулся и увидел хозяина дома, прислонившегося к стене под большой фотографией. Снимок был сделан на большой высоте — вероятно, в Сьерре или Аппалачах — и создавал впечатление, что он стоит на краю невероятно высокой пропасти, окруженной секвойями.