Взяв мою руку, Лион, не колеблясь, надел кольцо на мой палец. Блик скользнул по черным камням в распахнутой пасти золотого льва. Кольцо... впрочем, все-таки, наверное, перстень... оказалось массивным, но невероятно красивым. Я вскинула голову, ожидая разъяснений. Не предложение ведь, в самом деле, мне сделали?

— Это перстень Окая. Сегодня я использовал его на ашикае, но король велел передать тебе.

— Король... передал мне? — растерялась я, не зная, что мне делать с артефактом такой мощности. Подняв голову, заметила, как по лицу шайна скользнула тень. Он помолчал.

— Издавна это лучший усилитель магии. Его применяли, чтобы убивать сильнейших магов.

Не знаю, что вызвало это странное тянущее чувство в груди. Прищурившись, приоткрыла рот, чтобы задать вопрос, но так и не решилась его произнести. Мне не хотелось знать, зачем мне это кольцо. Но Лион все равно сказал.

— Я не смог справиться с Де Шаем, но ты сильнее меня по потенциалу. Ты справилась бы с Арианом. — Лион пристально взглянул на меня. — Однажды перстень может спасти твою жизнь. Ты должна научиться использовать его... чтобы убить Де Шая...

Слова Лиона застали врасплох, не сразу поняла, о чем идет речь. Не ослышалась ли? Король хочет, чтобы я убила Ариана?

— Ариан под властью богини, Мирра. Это вопрос времени, когда он полностью потеряет свою душу и обернется демоном. И когда это случится, он станет оружием смерти. Это неизбежно. — Каждое слово Лиона звучало приговором.

Все равно! Пусть я замечала странности Ариана... мне не хотелось верить, что может так далеко зайти. Я решительно перехватила перстень, чтобы вернуть его с отказом.

Но скребущий звук повторился — и на этот раз не затих. Окно с дребезгом брызнуло в разные стороны осколками, я едва успела прикрыть голову руками. Сквозь губы вырвался сдавленный писк, я вскочила, но слишком поздно!

— Ашитай ур-р-р-рс-с-са тас-с-с... — Ворвавшаяся в лазарет тварь схватила меня за воротник, притянув к себе так близко, что я разглядела ее острые зубы.

Ее длинные седые волосы развевались на ветру, полы разорванного платья струились по воздуху. По полупрозрачному телу побегали блики от мелькающих молний. Разведя руки, она запрокинула голову и завопила.

От ее крика меня пробила крупная дрожь.

— Вестник!.. — сквозь ветер пробился голос Лиона.

Кем бы ни была эта нечисть, но ее красные глаза уставились на меня, как на законную добычу! Ее лицо тронуло разложением, когти изогнулись, царапнув воздух.

— Ахатеш-ш-шан урс-са!... — Голос призрака перекрывал завывающий ветер, вплетаясь в него зловещим шепотом. У меня от этих звуков волосы поползли вверх, особенно, когда тварь ткнула в мою сторону дрожащим пальцем и завыла снова.

Ее крик слился по звуку с громыхнувшими небесами. Она вдруг с такой силой оттолкнула меня, что, так и не успев уцепиться за что-нибудь, я обрушилась на пол возле кровати.

Что этому призраку надо?! Я тихо заскулила, когда тварь продолжила движение ко мне. Какая же уродливая! Все в ней было жутким, особенно новый крик. Сверкнула молния, осветив ряд острейших мелких клыков в ее пасти.

— Аш-ш-шитай урс-с-са! — зашипела она снова, сделав резкий выпад вперед и вытянув когтистую лапу в мою сторону.

Когти вспороли ткань блузки, как нечего делать. Тварь подцепила меня и дернула, приподняв. Я вцепилась в ее лапу, задыхаясь от удушающего запаха, заползающего в ноздри. На секунду встретилась с ней взглядами...

Сквозь истлевшую кожу ее лица виднелись кости; эта нечисть была и призраком, и нет; в ней словно сочетались часть живого и часть мертвого. Она смотрела на меня так, что сердце зашлось в бешеном ритме. Я часто заморгала, увидев, как обнажились ее острые клыки: теперь они были так близко, что показалось, она хочет вонзить их в меня.

— Аш-шитай... ур-рс-са... — прохрипела тварь, будто эти слова предназначались исключительно мне.

Я уже попрощалась со всем живым! Но вдруг громыхнуло, озарив все синим свечением. Не сразу поняла, что произошло, только когда когти твари разжались, и она с воем отшатнулась, успела заметить яркий всполох сбоку. Чужая магия с шипением врезалась в призрака, а я застонала от боли, обрушившись обратно на пол, прямо на острые осколки. Ой-ой-ой!

— Пошла вон! — раздался яростный приказ. Тварь заверещала. В свете полыхнувшей молнии я заметила, как она отлетела, буквально зависнув в воздухе, и с рычанием развернулась на источник угрозы.