Наконец, когда мои друзья уже запыхались, мы уперлись в холодную чугунную дверь. На ней полуоблупившейся краской было намалеванно: МВ-120.

– Мы очень далеко от той мафии и это хорошо.
– сказал угонщик с Итали. Но мы очень близко к этой и это плохо.

– Почему ты думаешь, что мафия есть и здесь?
– Уве наконец отдышался и как настоящий ученый сразу потребовал доказательств.

– Мафия бессмертна. Там на Итали, я угонял гравибили и продавал их за пол цены людям мафии. Когда эту мафию выловили и распихали по каторгам, а я сидел на капоте ворованной машины и думал куда ее деть, ко мне подошел человек и сказал : " Не печалься, сынок, мы будем всегда! Теперь будешь продавать тачки нам!" Вот так-то...

Я мог спорить с ним. Я видел город, где не было мафии вообще. Ей там просто нечего было бы делать. Этот город - Стальная планета.

Ворота начали свой путь в стену. Едва образовалась щель в которую мог пролезть человек, мы вошли в блок, не дожидаясь чувствительных подсказок дубинками. Пролезли в щель и оказались в другом мире.

Здесь царил дым. Множество людей убивали время, вдыхая какой-то дурманящий, выходящий из тонких металлических трубочек, смрад. Внутри трубочек что-то клокотало и у некоторых курильщиков это вызывало приступ неудержимого детского смеха.

– Ублюдки, - Антон сплюнул на пол.
– И сюда эту отраву притащили!

– Что они делают?
– спросил я.

– Разве у вас на планете нет наркоманов?

– А кто это?

– Здесь не растут дурманящие разум растения?

– Мне такие не известны. Да им и некогда дурманить. Им нужно до полдня успеть ожить, распуститься, зацвести, дать семена и приготовиться к полуденному пеклу.

– Благословенная земля. Прекрасная планета ,- пробормотал Уве.
– И эти подонки устроили здесь каторгу...

– Не огорчайся, Уве, - его шепот не мог не вызвать улыбку, тем более у жителя Конвикта.
– Я потом расскажу тебе о планете другие подробности. И советую тебе сменить мнение о ней. Не то она тебя слопает вместе с oaieie восторгами... Не обижайся, Уве,.. пойдемте поищем, где притулить свои кости.

Мы быстро нашли несколько пустующих нар и забрались на них с ногами. После пятиминутного препирательства с чернокожим продавцом опия и небольшой стычки с одурманенными защитниками продавца нас, наконец, оставили в покое и мы могли говорить спокойно. Впрочем, угонщик сразу захрапел и Антон вскоре присоединился к нему. Так что разговаривать мы остались втроем.

– Забыл представиться, - воскликнул квазимэр.
– Мое имя Деб Тикарам... Ну вообще-то полное имя Дебют Роджер Сю де-Тикарам ла Вьет. Мои предки были, что то вроде губернаторов одного из штатов на Весте, а я вот...

– Ты очень хочешь вернуться на Весту?
– финна почему-то очень занимал этот вопрос.

За долю секунды до того, как он задал его этот же вопрос он задал себе. И получил ответ. Он не хотел возвращаться обратно.

– А сам ты не хочешь вернуться?
– мне интересно было, что же его так мучает, если он уже даже сделал выбор.

– Не знаю, Инки. Скорее нет, чем да. Тебе не понять, ты никогда не покидал планету, на которой родился и вырос...

– Ты не прав. Я тоже недавно на Конвикте.., - я испугался: они конечно мои друзья, но сколько уже раз друзья становились вдруг врагами, а враги друзьями. Природа, создавая людей, не особо заботилась о постоянстве их сути.

Я проболтался! Я не мог контролировать себя! Я так сильно расслабился? На Стальной планете меня бы не узнали. Болтает лишнее, думает прежде чем убить явного врага, друзей завел - разве таким меня воспитывали? Воин Тэнно не должен быть таким! Меня охватило отчаяние. Я уже хотел позвать Тэнно по личной связи и повиниться перед ним. Я даже знал, что он мне скажет в ответ: "Принеси мне эту беременную трассом планету в подарок. Заставь этих людишек работать на тебя и твой сын отправится искать планету себе!" Вот, что он мне скажет! И я сейчас... Вот, задница вонючая! Разрази меня гром.

– Эй, врача... Есть тут врач.., - до меня долетели, наконец, звуки.

Думая о своем, я совершенно выключился и мои новые друзья начали обо мне беспокоиться.

– Все нормально. Я задумался немного...

– Ничего себе задумался!
– воскликнул Уве.
– У тебя пульс был двенадцать ударов в минуту... Как у умирающего... лебедя...

Смех моих друзей разбудил всех наркоманов. Они приоткрыли свои бездумные стеклянные глаза и, решив что четверо хватающихся за животы от смеха мужиков, это часть их галлюцинаций, снова ушли в небытие.

Мне было не до них дела. В конце концов, каждый имеет право умереть так и там, где и как захочет. В мире есть множество способов умереть. Наркомания в любом виде - это просто триллион первый способ и больше ничего.

Мне не было до них дела. Я уже любил эту проклятую погодой планету вместе с этими наркоманами, баггменами, фермерами и мне совсем не безразлично было будущее людей. Меня не интересовал десяток наркоманов, но мне не безразлична была судьба сотен тысяч остальных.

– Если я задержусь здесь, то выйдя я могу найти уже лишь развалины городов!
– говорил я себе.