— Ну пусть так. Зайдем внутрь? — предложила Ника.

— Давай! — кивнул Рионер.

Ника нажала на клавишу и дверь ушла в сторону. За ней оказался просторный зал, в котором, стоило им только сделать шаг внутрь, моментально вспыхнул яркий свет. А прямо напротив входа появилось нечто вроде голограммы какого-то странного существа.

— Этеле жес каторе? — поинтересовалась голограмма.

Ника и Рионер переглянулись.

— Твои понимаеше я? — спросила Голограмма.

— Очень плохо. Но понимаем. — ответила за двоих Ника.

— Гасо! — удовлетворенно кивнула подобием головы голограмма. — Хорошо ходить в юдоль!

— Юдоль? — переспросил Рионер. — это ковчег?

— Ковчег? — переспросила голограмма. — сталь внутри есть юдоль. Юдоль плавать темнота. Сделал мы.

Голограмма ткнула себе в грудь длинной и тонкой, словно спичка, лапой.

— Вы создали ковчег. — кивнул Рионер. — зачем? Для чего?

— Пасынки. — ответила голограмма. — Охранник поедать мои. Мы сделал пасынки. Мы сделал охранник пасынки. Охранник пасынки охраняет от охранники мы.

— Что за чушь? — фыркнула Ника.

— Он нормально говорит. — ответил ей Рионер. — язык, как оказалось, очень изменился. Это язык Создателей. Он похож на язык первых, и даже на наш, но…

— Но мы нифига понять не можем. — подвела итог Ника. — ну и что теперь?

— Пытаемся догадаться. — ответил Рионер. Похоже, пасынки — это мы. Юдоль — это все же ковчег и мы сейчас на нем. И…

— пасынки не мертв. Пасынки не охранник. — вновь ожила голограмма. — пасынки кричать.

— Что кричать? — встряла Ника.

— Кричать мы. — ответила голограмма.

— Кричать «мы»? — переспросила Ника.

— Пасынки кричать мы. — ответила голограмма и словно догадавшись, что собеседники ее не понимают, вдруг исчезла, оставив вместо себя яркий светящийся пунктир, ведущий куда-то вглубь корабля, если, конечно, это был корабль.

— Ну идем. — предложила Ника растерявшемуся от такого поворота событий Рионеру. — нас приглашают.

Голограмма вела и долго, пока, наконец, они не зашли в небольшую комнату, или правильнее — отсек.

В отсеке не было ничего кроме круглого стола и кнопки на нем.

— Это еще что? — спросила Ника.

— Пасынки кричать мы. — повторила Голограмма. — жать!

— ТЫ хочешь, чтобы мы нажали на клавишу? — спросил Рионер, указав на клавишу.

— плюс. — ответила голограмма. — Пасынки кричать мы. Мы плыть пасынки. Мы не хотеть охранники.

— Нет. — Ника перехватила руку Рионера, попытавшегося нажать на кнопку. — ты что удумал?

— Нажать. Создатель ведь нам об этом говорит. — Рионер попытался высвободить руку.

— Нет. — повторила Ника, удерживая его. — мало ли кто и что сказал? Что произойдет, если ты ее нажмешь?

— Вот как раз и узнаем. — ответил Рионер, высвободился и прежде чем Ника успела перехватить его руку, нажал на клавишу.

— Ну и что ты наделал? — рассерженно крикнула она.

Рионер испуганно огляделся. Голограмма исчезла, словно ее и не было. Но больше ничего не случилось. Вообще ничего. Разве что возле нажатой Рионером клавиши появилась надпись.

— и что здесь написано? — спросила Ника, так же обратившая внимание на надпись.

Рионер провел рукой по знакам и тихо ответил:

— «Основатели услышали».

Спустя 5 лет после битвы за Эдем.

— Внимание! Вы находитесь на частной территории! При попытке приблизиться будет открыт огонь!

— Ты трус, Слон! — заявил лейтенант Алых, собиравшийся было приблизиться ко мне, но тут же замерший, как только активировались защитные турели.

— Трус твой хозяин, шавка! — с ухмылкой ответил я. — беги назад, оближи ему ноги и начни скулить, что ничего не получилось!

— Ты… — лейтенант побагровел и схватился за оружие в кобуре.

Турели моментально отреагировали на угрозу: разом повернулись к потенциальному противнику, щелкнули предохранители и послышалось легкое гудение — явный признак того, что их энергетическое вооружение готово к бою.

Лейтенант тут же отдернул руку от оружия, словно обжегся.

— Ты не сможешь сидеть здесь вечно. — Куда более миролюбивым тоном заявил он мне.