Я снова вздохнул и покачал головой:

– Обещай, что не будешь рисковать понапрасну.

– Обещаю.

– Это последний раз, даже если мы потерпим неудачу в этой битве. Поняла?

– Да. Последний раз. Потом займусь, чем скажешь. Надеюсь, ты меня не на кухню отправишь, – Катрин улыбнулась.

– Ну не знаю даже... Готовишь ты неплохо... Да ладно, ладно, шучу, – рассмеялся я, – найду тебе достойное занятие.

Атака должна была начаться сегодня во второй половине дня. А завтра утром, если всё пойдёт по плану, группа «юг», как мы её обозвали, нападёт на поместье Барятинских.

Выкроив днём свободное время, я отправился в Богородск повидаться с Таней. Подумалось, что перед боем мы должны встретиться. Ведь кто знает, чем всё закончится?

Я не хотел, чтобы Катрин отправлялась в бой, а Таня не хотела, чтобы воевал я. Она сказала, что устала от этой непрекращающиеся войны, которая затянулась на целый года. Спросила, когда это прекратится. А что я мог ответить? В такое уж неспокойное время мы жили. Я пообещал, что постараюсь закончить боевые действия как можно скорее.

– Ты не можешь это обещать, – возразила Таня, – это не от тебя зависит. Тут замешаны силы покрупнее, и ты это прекрасно понимаешь. Так что не надо бросать слова на ветер.

В чём-то она была права: когда закончится вся эта межродовая возня, никто не знал.

– Бояре истощены, – возразил я. – У них почти не осталось сил. Это значит, что война долго не продлится. Сегодняшняя битва станет последней.

*

Мы выступили ночью. Пехотный полк на грузовиках и около пятидесяти единиц бронетехники выдвинулись по дорогам к месту битвы. В чёрное небо устремился дым десятков труб. На этот раз маршрут был другим, мы собирались сделать большой крюк, чтоб противник раньше времени не засёк наши перемещения.

С четырёх родов набралось двадцать пять сильных воинов, которые под моим началом должны прорваться в подземелье. Я наделся, этого хватит. В любом случае, больше людей бояре выставить не могли. Или не хотели. Но их можно понять: совсем недавно роды участвовали в войне империй и за последние полгода потеряли слишком много воинов. И всё же мне хотелось взять с собой больше народу, чтобы разбить врага наверняка. Ведь я не знал, сколько сильных выставят против нас Барятинские.

На подъездах к поместью наши передовые отряды всё же наткнулись на вражеский разъезд. Завязалась короткая стычка – противник отступил. Теперь медлить было нельзя.

И вот мы выбрались почти на то же самое место, где несколько дней назад разведывали вражеские позиции. Солдаты, как и полагается, растянулись цепью, впереди пошли броневики и танки. На первый взгляд штурм этот казался самоубийственным: мы не проводили артподготовку, у нас не было машин с крупнокалиберной артиллерией, способной подавить ДОТы, да и людей маловато. Зато у нас имелся секретный штурмовой отряд, который, проникнув сквозь небольшую брешь, уничтожит врага изнутри, и вряд ли Барятинские предусмотрели такой вариант. По сообщениям наших наблюдателей в городе, противник повёлся на отвлекающий манёвр и стянул основные силы в привокзальный район.

Наш отряд, облачённый во всевозможную магическую защиту, шагал цепью следом за небольшим танком с длинным высоким корпусом и круглой башней. Танк пёр довольно быстро, двигаясь под углом к позициям противника. Из труб валил дым, а клубы пара стелились по земле завесой, скрывающей нас и пехоту, идущую позади.

Среди бойцов моего отряда находились представители школ воды, земли и огня. У всех них была своя магическая защита. Кругом свистели пули, совсем близко рвались снаряды, осыпая нас осколками, но мы упрямо шагали вперёд: пули и снаряды до поры до времени угрозы для нас не представляли.

Катрин тоже участвовала в битве, как и два моих приятеля. Был сформирован ещё одни штурмовой отряд, состоящий из младшей дружины. Он шёл в атаку вторым эшелоном. В том отряде насчитывалось около пятидесяти воинов. Как только мы пробьём брешь, вся эта орава хлынет в подземные ходы, и если у противника на огневом рубеже кроме наёмников никого нет, оборона падёт быстро. А вот если там есть сильные, продвижение могло существенно застопориться – всё зависело от того, сколько и какого уровня витязи нам будут противостоять.

Лязгнула болванка о броню – танк встал. Из люков полезли люди в чёрных комбинезонах. Мы остались без прикрытия. А до ближайшего ДОТа – ещё метров пятьсот.

Мы ринулись вперёд, оставив наёмников далеко позади, и теперь противник сосредоточил весь огонь на нас. Пули всё чаще врезались в мою энергетическую оболочку. Приходилось залегать, прячась в складках местности и высокой траве, а потом бежать вперёд до следующего укрытия, чтобы пулемётные очереди не лишили нас брони, прежде чем мы доберёмся до цели.