— С тобой все в порядке?

Настенные часы показывали три часа ночи, когда, я, приняв душ, забралась под одеяло. Изнуренное недосыпанием и физическими нагрузками тело требовало отдыха, а вот встревоженный последними событиями разум подкидывал все новые и новые темы для размышлений. Повторяющиеся события последних дней сводили с ума. Последней каплей стал образ обнимающихся Алекса и Лолы. Нервно скинув одеяло, нашла в аптечке снотворное и, ожидая, пока оно подействует, бездумно начала водить карандашом по бумаге, стараясь освободить голову от мыслей.

Доведя последнюю черту, всмотрелась в полученное изображение.

— Да чтоб тебя! — среди звезд и соединяющих их линий узнала созвездие Цефея, смяв лист, кинула на пол. — А ведь вы давно следили за мной, иначе как объяснить тот случай на концерте и так вовремя появившегося Алекса в парке. Да и Николас, — я осеклась, вспомнив о нем. Странно, а ведь о его появлении я не обмолвилась и словом.

Черное безоблачное небо за окном сверкало тысячами звезд, идущая на убыль Луна через какой-то час должна будет скрыться из вида, перекочевав на другую, не видимую из окна часть неба. Раньше ночь всегда дарила спокойствие и умиротворение, сейчас же все больше тревожила.

Взгляд, блуждающий по ночному пейзажу, запнулся о темный силуэт. Он поднял голову, словно почувствовав, что привлек чье-то внимание, и я отпрянула от окна, замечая, как он растворяется. Хватая ртом воздух, рухнула на пол, неуклюже отползая. Адис, Алекс?

Перевернулась, пытаясь доползти до кровати, все предметы нелепо искажались, закручивались, принимая странные формы. Создавалось чувство, что, продвигаясь вперед, я тяну за собой автомобиль. Невидимая сила грозилась отбросить назад, навалившись сверху, сводя мои попытки на нет. Крутанувшись, мир рухнул в черную бездну.

***

Алекс подошел и зажег камин одним нажатием кнопки. Искусственный огонек заблестел на реалистичных дровах, и мой собеседник опустился на пол. Увиденное сбивало с толку.

Фальшивый огнь плясал, создавая необыкновенный узор из подрагивающих света и тени. Как же красиво горит огонь в темноте. Это ни на что не похоже. Как будто нечто потустороннее пробралось в комнату.

— Где мы?

— Неважно где, главное с кем, — философски заметил Алекс.

Опустила взгляд вниз и потрясенно провела по пышным рюшам ночной рубашки. После последовали несколько неуверенных шагов, ступни коснулись мягкого ворса ковра, и, дойдя до Алекса, села рядом.

Невольно засмотрелась на знакомые черты лица. Вспомнила, сколько дней мне давалось, чтобы созерцать их, иногда слишком близко. Тонкий нос, улыбка, тронувшая губы, — вроде оно ничего особенного не выражало. Но как тогда я могла чувствовать исходящую от него тревогу? И эти частично убранные в хвост волосы, открывающие белые пряди у висков.

— Мне всегда хотелось узнать, откуда у тебя седина?

Похоже, он не ожидал подобного вопроса и явно не хотел касаться данной темы, и все же ответил.

— Слишком много боли и… страха, — он очень хорошо замаскировал свои эмоции и нежелание говорить на эту тему. Лицо Алекса замерло восковой маской, отвернувшись, он с грустью устремил взгляд на фальшивый камин.

— Вампиром?

Минутная пауза.

— Нет. Тогда я еще был человеком, — вздох, будто ответ дался ему с трудом. Алекс посмотрел на меня, в глазах переливались эмоции. Я виновато потупилась. — В детстве мы с братьями сбежали, решив погулять там, где за нами не будут постоянно следить. Тогда одного убили. А второго сильно ранили, я по стечению обстоятельств упал в реку, едва не утонув. По правде говоря, просто струсил, убежав, бросил их, — Алекс сделал паузу, ожидая моих слов, и, не дождавшись, отошел в угол комнаты, заложив руки за спину, встал спиной ко мне, скрывая свое лицо.

Что я испытала в этот момент? Грусть и неловкость от своей несдержанности. Легко поднявшись, подошла к нему замерла за спиной, отчего-то борясь с желанием обнять его. Он повернулся и обнял меня сам, уткнувшись в волосы, прижимая меня к себе, словно единственное спасение.

— Спасибо, — услышанная благодарность удивила. Вот за что он благодарит?

— Недавнее происшествие в электричке, — выдохнула я, желая поднять голову, чтобы посмотреть на него, но Алекс не позволил, чуть крепче прижав к телу.

— Да, было очень похоже. Безнаказанность опьяняет не хуже алкоголя, — шепотом признал он. — Знаешь, люди странные существа, которые ценят жизнь лишь на пороге смерти, но тогда я не придал жизни должного значения, замкнувшись в себе. А это оказалось только начало моих неудач. Вскоре умерла мама, и я долго слишком долго винил в случившемся отца. Но всегда ведь виноваты оба. А знаешь, что самое отвратительное? Еще не успело пройти время траура, а он привез в дом другую женщину. Сейчас все это кажется страшным сном.