— А Кэрол знает, какой ты на самом деле? — осторожно проговорила Торес. — Согласна, когда ее нет рядом, ты совсем другой…

— Ей и не надо этого знать, потому что с ней я всегда буду другим — Тимми, который всегда ее любил! Последний раз говорю — уходите. Я буду допрашивать этого человека так, как считаю нужным. Я хочу знать, где Кэрол и что с ней случилось, на все остальное мне наплевать. И не пытайтесь помешать. Иссу тоже можете не звать на помощь — если он придет, то присоединится ко мне и, поверьте, тогда этому неприкасаемому ублюдку будет еще хуже.

И он захлопнул дверь. Они расслышали, как повернулся замок.

Ошеломленно застыв, Торес и Кален переглянулись.

— Он спятил! — выдавила Торес. — Думаете, он правда будет его мучить? По-настоящему?

Пожав плечами, Кален беспомощно помялся на месте.

— Нельзя этого допустить, — ответил он. — Я схожу к Иссе. Только он сможет с ним справиться.

Кален ушел, а Торес стала метаться из стороны в сторону, нервно сцепив руки на груди.

Сквозь громкий звук телевизора она слышала сдавленное мычание, переполненное болью, которое попеременно походило на рыдание. Не вынеся этого, Торес подскочила к двери и заколотила по ней ладонями.

— Тим… Нол! Нол! Не надо, прошу тебя! Умоляю, прекрати! Открой, я все расскажу! Я знаю, где Кэрол и почему она не пришла! Этот человек ни при чем! Я расскажу, открой!

Дверь резко распахнулась, и Торес испуганно замерла, смотря на возвышающегося перед ней великана с окровавленным ножом в руке. Глаза его горели страшным кровожадным огнем, на бледном лице яркими пятнами выделялся румянец. Схватив за руку, он втащил ее в номер и захлопнул дверь.

— Ну? — прорычал он, вдавив ее в стену.

Торес задрожала и сжала большую мускулистую руку, придавившую так, что она едва могла дышать. Устремив на него умоляющий взгляд, она всхлипнула.

— Пожалуйста… Я скажу. Но я… я боюсь. Пожалуйста, сначала успокойся, потому что я скажу то, что тебе очень не понравится. Мне страшно. Убери нож. Я ни в чем не виновата.

— Хорошо. Не бойся. Сядь сюда, — он указал в кресло и отпустил ее.

Подойдя к кровати, он взял остатки разорванной простыни, из которой сделал путы для своего пленника. Тот сидел на стуле, привязанный, и не отрывал от Тима залитые слезами и наполненные ужасом глаза. Но пока мучитель потерял к нему интерес. Тщательно вытерев кровь с лезвия ножа, он спрятал его в ножны и демонстративно поднял ладони, чтобы унять страх молодой женщины.

— Вот. Теперь говори, не бойся. Я тебе не наврежу.

Торес взволнованно подскочила.

— Я могу объяснить, почему Кэрол не пришла. Почему нет смысла ее ждать. И… и возможно, даже искать. Я обещала молчать, но я не могу допустить, чтобы вы… мы все попали в тюрьму, оставшись здесь или пытаясь выяснить, что с ней произошло. К тому же… я не могу больше видеть, как ты мучаешься… страдаешь. Как из-за нее мучаешь невинного человека, — она покосилась на связанного благословенного. — Да и ты… хороший парень… ты этого не заслужил.

Она заискивающе заглянула ему в глаза, улыбнувшись. Он не двигался, продолжая стоять перед ней, и Торес буквально почувствовала, как он напрягся.

Она шагнула к нему, но нерешительно остановилась, почти не дыша.

— Я знал, что ты что-то скрываешь, — процедил он сквозь зубы, заставив ее снова задрожать от страха. — Видел. Ну, говори, чего это я не заслужил?

— Хорошо, только обещай держать себя в руках! Ты слишком эмоционально реагируешь… ты меня пугаешь! Я ни в чем не виновата. Кэрол спасла меня, ты сам это сказал… я не могла ее предать! Но она бросила меня одну… с вами, на произвол судьбы. И я не знаю, что теперь мне делать… что со мной будет… — она расплакалась, спрятав лицо в ладонях.

— Хватит причитать! — не выдержал Тим. — Успокойся! Сядь.

Торес послушно опустилась обратно в кресло, затравленно поглядывая на него. Он сел на кровать напротив и, положив локти на колени, напряженно наклонился вперед. Грудь его тяжело вздымалась, желваки на скулах ходили, он сцепил пальцы в замок, стараясь взять себя в руки.

— Ты можешь не переживать так за нее и не бояться. С ней не случилось ничего плохого, она в безопасности. Она просто так решила. Решила уйти. Я вижу, ты любишь ее… — прошептала Торес, уткнувшись взглядом себе в голые коленки. — Столько для нее сделал… и готов сделать. И ты… ты верный парень… ждал ее, ни к кому не прикасался… так долго…

Она заметила, как судорожно сжимаются его пальцы, а мышцы на предплечьях под закатанными рукавами вздуваются. Она не решилась поднять взгляд выше.

— Ты хороший… серьезно относишься к ней и вашим отношениям. Ты не такой, как Исса. Он легкомысленный, ветреный… женщины для него ничего не значат, ведь так? Я ничего не значу… он же избавится от меня, как надоем, правда?

Она подняла голову, продемонстрировав бегущие по щекам слезы, но натолкнулась на холодный непроницаемый взгляд. Он молчал, не отводя глаз, явно не собираясь отвечать на ее вопрос и терпеливо ожидая продолжения.