Потом потащил её в машину, казалось, это самое разумное.

Мне сразу было дико от того, что пришлось её оставить, но я понимал, что это самый простой способ её согреть. Нет, ну есть еще один, говорят, более чем действенный. Но… нам нельзя.

То есть… я его в машине вот так точно не планирую. Соня не заслуживает, чтобы у нас первый раз было вот так.

Ох, чёрт, неужели я думаю про первый раз с Соней? Наверное. Нет, не наверное, а думаю!

Думал еще тогда, когда аккуратно вырисовывал на её худенькой спине линии, превращающиеся в феникса. Залипал на торчащие лопатки, на линию позвоночника, на эти тоненькие, хрупкие косточки под шеей. Так хотелось провести по ним губами!

Чёрт, Да Винчи! Опять не о том!

Соня в машине! Угарный газ! Она не просыпается! Что делать?

Не придумываю ничего лучше, чем позвонить отцу.

Я бы набрал Тору или Коршуну, но им не до меня. Они повезли Леру в клинику к дядьке Коршуна, Товию. Лерка тоже была без сознания, когда её нашли. Тоже! Надеюсь, Соня всё-таки не тоже!

Говорю сбивчиво, отец просит успокоиться.

– В чем дело? Оставил в машине? И что? Так, спокойно. – голос отца уверенный, чёткий.
– Сейчас другая система обогрева, в твоей тачке уж точно.

Пытаюсь объяснить, что Соня не приходит в себя.

– Нет, не могла она угореть, успокойся. Она точно ничего не принимала? Смотри!

– Точно, пап…Это Соня! Она… она не такая…

– Если не просыпается вызывай «скорую», что я могу сказать. Но, смотри, они возьмут кровь на анализ и если там что-то есть…

– Даня? – слабый голосок меня отрезвляет.

– Чёрт…

Отрубаю звонок, смотрю на Соню. Хлопает глазами, кутаясь в мою куртку. Я откидываю голову назад, выдыхаю.

– Что случилось?

– Ты меня напугала… ну ты даешь!

– Я? Я… уснула…

– Очень крепко.

– Извини… я… замерзла сильно, устала…

Смотрю на неё, у неё такое виноватое лицо, и такое милое после сна. Тушь немного поплыла, глаза кажутся еще больше. Она такая… такая нереальная.

Протягиваю руку, чтобы погладить её по щеке, а потом…

Потом срываюсь. Дергаюсь, двигаясь к её сидению, обхватываю руками её лицо и целую. Даже не целую, просто атакую её рот, беру в плен. Это сразу дико. Необузданно. Нервно. И очень, очень вкусно.

Чувствую, как бешено колотится её сердце. Просто на разрыв. И моё. Моё точно так же. Где-то рядом. Близко. Как хренова драм-машина, исступленно отбивающая ритм какого-то очень быстрого танца.

Мне хорошо, так, что я забываюсь, и в себя прихожу только когда слышу, как Соня тихонько пищит, видимо оттого, что нечем дышать.

Отрываюсь, чтобы вздохнуть, взглянуть в глаза и снова провалиться в сумасшедшую битву губ. Не знаю, но, по-моему, я никогда и никого не целовал так. Голодно! Жадно! Словно дорвавшись до лакомства, в котором мне долго-долго отказывали. Я сам себе отказывал. Потому что был дураком.

Сам в свое время все упустил. Надо наверстывать, если…

Если Соня разрешит.

Наконец чувствую, что её руки вжимаются в мою грудь, почти отталкивая. Кажется, я не просто целовал её. Истерзал. Сонины губы опухшие, словно искусанные.

Это что, я натворил? Чёрт… дегенерат! Не удивлюсь, если получу от Сони пару хороших пощечин, или точный хук в челюсть.

Но она просто смотрит на меня. Удивленно. Немного испуганно.

– Прости… - тушуюсь, но не могу отказать себе в удовольствии и поглаживаю большим пальцем по её щеке, - я не хотел сделать тебе больно.

Она молчит, опускает глаза, смотрит на свои руки. У неё такие тонкие пальцы, кожа слишком сухая, бледная.

– Сонь…- почти хриплю, - скажи что-нибудь?

– А как же… как же Варя?

Глава 21 (11.05)

Да, у меня дар задавать неудобные вопросы в самый неподходящий момент.

И я этим даром пользуюсь. Глупо, да. Надо бы промолчать. Говорить сейчас вот вообще не обязательно!

Тем более, о Варваре. Тем более, что можно просто сидеть рядом и чувствовать.

Чувствовать его запах, его тепло, его губы, его страсть.

Зачем вообще говорить и думать в такой момент? Ох, Соня, Соня…Глупая, глупая Соня.

Закрываю глаза, потому что мне стыдно.

Да, стыдно, что задала неудобный вопрос, поставила Даню в неловкое положение.

Вообще-то, это, конечно, ему должно быть стыдно за то, что он меня целовал сейчас вот так, когда у него там Варвара. Хотя… Может и нет уже никакой Варвары, а? Мне очень хочется, чтобы не было.

Но…

– Сонь, я… Прости…