— Ненавижу, — сообщила опустошённо, просто констатируя факт отношения к ситуации, а лицо Кассиэля закаменело.

Он рассеянно провёл пальцами вдоль раны, размазывая кровь, но продолжал смотреть на меня сквозь безучастное золотисто-алое стекло глаз.

— Нам нужно поговорить, — произнёс он немного сердито.

— Обойдёшься, — фыркнула я насколько могла пренебрежительно.

— Ты моя жена… — глаза серафима сверкнули золотом его энергии.

— Ты видишь на мне атайю? — иронично осведомилась я.

Не-не, с ним наедине оставаться нельзя. Затащит в постель, ты даже не заметишь. И всё с начала, — открестилась Лилит, и я была с ней согласна.

Атайя слишком долго на меня воздействовала, слишком многое во мне изменила и практически разрушила меня.

— Какие новости! — Надо же, Уриэль так долго терпел, прежде чем заявить о своём присутствии. Видимо, решил подкинуть масла в огонь разворачивающихся событий, потому возник рядом со мной. — Клио, ты всё удивляешь и удивляешь.

— Здравствуй, Уриэль, — Кассиэль с неприязнью пронаблюдал, как тот по-хозяйски кладёт руку на мои плечи.

— Привет! Я так тебе рад. Открылась великая загадка последнего века моей жизни, теперь ясно, за что Клио недолюбливает серафимов. Но всё же как любопытно выходит, тут собрался клуб бывших мужей нашей красавицы. Осталось только позвать Азазэля.

Уриэль широко улыбнулся в ответ на мой разъярённый взгляд. Он-то веселился от души, а нам с Кассиэлем было как угодно, но не смешно.

— Ладно-ладно, Азазэля не позовём, он так и не стал мужем, — пошёл на попятную Уриэль.

— Ты была в браке? С ним? — хмуро уточнил Кассиэль.

— Целых полчаса, — ответил вместо меня мой непосредственный начальник, за что получил тычок в бок, но доспех защищал его от таких ударов. — Значит, это ты надел на неё запрещённую атайю? Как не стыдно, Кассиэль? Нарушаешь закон.

— Прекрати, — попросила я у Уриэля, хотя и сомневалась, что он прислушается.

— Ты позволишь поговорить с кано твоего центуриона наедине? — Кассиэль не просил, скорее рычал требование.

— Моя кано останется со мной, — Уриэль особо выделил слово «моя», с ехидной улыбкой насладившись тем, как Кассиэль рычит ругательство сквозь зубы. — Так, где там наши покои? Мы устали с дороги.

Рука Уриэля перекочевала на мою талию, и я еле сдержала себя от того, чтобы наградить его подзатыльником. В конце концов с этого момента наши отношения явно претерпят изменения. Он потянул меня следом за слугами, но я высвободилась и присела, чтобы поднять маску. Кассиэль меня опередил, схватил её раньше.

— Натали, — он вновь пытливо заглянул в мои глаз, — нам надо поговорить.

— Меня зовут Клио. И нам не о чем разговаривать, — грубо выхватив из его руки маску, я отвернулась и рыкнула на слуг, чтобы поторопились.

Те ускорились, показывая мне дорогу. Члены моего центуриона окружили меня, словно безмолвно пытаясь поддержать. Но я всё равно ощущала взгляд бывшего мужа на спине. Сердце не билось, оно так устало болеть.

Само собой теперь мне не светили моменты расслабления. Уриэль сразу потащил меня в свои покои. Нас провели в роскошно обставленную гостиную, но тут рыкнул уже серафим, и все слуги вылетели прочь из помещения, закрыв дверь за моей спиной.

— Натали Лэнг, значит… Наслышан, — Уриэль наконец обернулся ко мне.

Золотые глаза пылали, не только энергией, мне казалось, я вижу, как складываются в его голове разрозненные детали пазла по имени Клио.

— Странно, что ты так долго думал, — а я не могла не поддеть его.

Ну вот кто тебя за язык тянет? — провыла Лилит.

Характер?

— Кассиэль был так разбит после твоей смерти. Потому я даже не сомневался, что тебя действительно убили, — пожал он плечами, нахмурившись в выражении притворной обиды. — Так, выходит, Кассиэль сделал тебя женой, надел запрещённую атайю, чтобы удержать. Но просчитался… Ты сбежала, сменила имя, скрыла лицо и улетела в провинцию Азазэля, зная, что они не ладят. Деятельность Кри, получается, была призвана дать тебе доступ за Щит. И ты преуспела. Добилась третьей ступени, даже звания кано Центуриона, хотя это вышло чисто случайно.

Уриэль смотрел на меня почти с уважением, хотя мне чудилось бешенство, что я ощутила в нём в день возвращения из Инферно.

— Случайно, но в итоге сыграло мне на руку. Азазэль не хотел допускать меня в центурион.

— Ты моя должница, — улыбнулся он криво.

— Нет, ты мой должник, — напомнила ему жёстко. — Метатрон оттяпал бы тебе голову, если бы не я.

— Может, ты договорилась с Метатроном, чтобы получить от меня долг жизни? — саркастически усмехнулся он, но теперь его ярость стала физически ощутимой.