– Ты никуда не торопишься? – с надеждой спросила своего случайного собутыльника.

– Не тороплюсь, более того, завтра я целый день посвящу тебе – последовал ответ.

Вот гадство. Только этого не хватает. Я не знаю где ванная, туалет, гардероб, а он всё зыркает. И чую туалет мне понадобиться уже в ближайшее время. Вздохнув, подняла бокал, отсалютовала ему.

– За тебя! – и залпом выпила остатки, расплываясь в улыбке. Я наелась, мне хорошо, спешить не куда и положив под голову ладонь, поставив локоть на стол, принялась рассматривать мужчину напротив.

Он сидел, откинувшись на спинку кресла с видимым безразличием, но в глазах застыло нечитаемое выражение. Вся его поза кричала о замкнутости, руки скрещены на груди, нога закинута за ногу. Сейчас, когда он не корчит никаких яростных гримас, его лицо можно было бы назвать красивым. Шрам, пересекающий бровь, придавал изюминку, второй же – делящий щёку, портил всё.

Просидев так некоторое время, в мою пьяную голову закралась мысль, что неплохо узнать мягкость его волос. И вообще, если он моя вторая половинка, то грех не воспользоваться тем, что в руки само пришло. Мысли этого направления вызвали лукавую улыбку и вполне определённое желание. Мне страшно, до жути, захотелось дотронуться до его тела. Чего я робею? Непонятно. Надо выпить для храбрости. Глянула на стол, мой бокал пуст, а его не тронут. Улыбнувшись мужчине, встала. (А хорошо ноги отнялись). Сделала пару шагов к заветной цели, подхватив его бокал. Он не пошевельнулся. (Ну и ладно). Глотнув спасительной жидкости, похлопала его по верхнему колену: «Сними ногу». Какой послушный мальчик. Улыбка не хотела никуда исчезать. Закинув свою ногу и усевшись к нему лицом на его же колени, поднесла бокал к губам.

Молчун следил за мной, не отрываясь и, казалось, затаил дыхание. А моя левая рука подбиралась к его затылку. Отхлебнув ещё и держась одной рукой за шею мужчины, развернулась к столику в пол оборота и поставила мешающий мне бокал на место. Всё. Руки свободны. И вторая присоединилась к своей подружке, зарывшись в смоляные волосы. Кайф. Прикрыв глаза, я отдалась ощущениям, а руки блуждали уже по спине мужчины, то и дело, натыкаясь на шрамы. Открыв глаза, заметила, что мой подопытный, тоже прикрыл свои, наслаждаясь и впитывая тактильные ощущения. Подавшись вперёд и наклонившись к уху, спросила: «А почему ты не уберёшь свои шрамы?» - продолжая обводить пальчиком некоторые. Мужчина напротив, распахнул глаза и, не отрывая взгляд от моего лица, резко бросил: «Кто ты?» Его голова подалась вперёд, и между нами почти ничего не осталось.

– Твоя единственная – с чарующей улыбкой произнесла я, при этом нервно облизывая губы.

А он с рычанием набросился на меня, сминая мои губы, желая наказать, подчинить, но не на ту напал. Я отвечала ему со всей страстью и изголодавшейся душой. Руки хаотично блуждали, губы проигрывали схватку темпераментов. На смену кипучего желания приходила щемящая нежность. Наконец мои губы отпустили и дали глоток воздуха, хотя в тисках, что я оказалась, не так-то просто вздохнуть. Прижав меня к своей груди, он зарылся в волосы.

– А как тебя зовут? – задала я волнующий вопрос. Ещё бы узнать, где он находится, полное имя и координаты. Мужчина дёрнулся, отвёл мою голову и посмотрел в глаза.

– Маркус – наконец последовал ответ.

Боже, что за голос, я готова его слушать вечно. Пускай рассказывает всё, что угодно, а я буду кайфовать. Поцеловав его в щёку, прошептала: «Избавься от него, он мне не нравится».

Руки, сжимающие меня, стали железными, так напрягся мужчина.

– Что ещё тебе не нравится? – ехидно поинтересовался он.

– Всё остальное нравится – вдохновенно заверила я. – Даже готова смириться со спиной, если тебе так важны воспоминания о боях и победах, поражениях и предательстве. Но это – мгновенный поцелуй в щеку – ужасно. Таким лицом только малых деток пугать – закончила, не замечая, что его глаза уже не излучают тепло.

– Ты тоже испугалась? – глухо прозвучал вопрос.

– Испугалась – отстранённо подтвердила, вспоминая, как попала в это тело. Мужчина дёрнулся. Отстранилась, заглядывая в его бездну, решаясь и ныряя в омут с головой.

– Мне очень было страшно, тела не чувствую, что происходит не понимаю. Потом вспомнив, почему я здесь очутилась, меня немного отпустило. Но даже сейчас, не зная, сколько это продлится, и когда я вернусь домой, мне страшно. Вдруг я застряла здесь навсегда? – мои слова перешли на шепот. – И где здесь? Я не знаю. Какой город? Мир? Я конечно безумно рада, что у меня есть вторая половинка, но произнося «детские стишки», не ожидала врезаться в чужую личную жизнь – обняла я со всей силы мужчину. – Поэтому ты, на фоне моих собственных страхов, меркнешь, извини.

Уткнувшись обратно в рубашку и ожидая как минимум криков и изгнания дьявола, затихла. Меня начало отпускать и опять всё стало безразлично. Выплеснув свои проблемы на невольного слушателя, поняла, что сил уже не осталось и хочется освежиться и спать. Моё бодрствование не закончится.

– Ты в Столице Империи, мир Энор – опять заговорил Маркус.

– Это хорошо, теперь я знаю, где ты - сонно проговорила, зевая. – Я тоже собиралась в Столицу, прикупить кое-что, может и увидимся.

– Что с тобой случилось? – не успокаивался мужчина. – Я могу тебе помочь?