Прежде чем нашим глазам открылась страшная картина, мы ощутили трупный запах. Выглянув из-за угла, я увидел примерно полтора десятка тел совсем маленьких детей и стариков. У половины головы представляли месиво из костей и крови. Будто им их раздавили ударом огромного сапога со стальной подошвой. Среди трупов нашлись живые. Рядом со стеной дома сидела женщина в лохмотьях и держала на руках ребёнка. Одна нога у несчастной была зажата в обычном капкане, размер которого навевал на мысль, что ставили его на слона. Удивительно, что он не перерубил ногу женщине.

— Всё, я пошёл, — прошептал Итрин. — Не промахнись.

Мне он оставил одноразовый амулет в виде полуметровой деревянной трубки с дротиком внутри. По словам напарника, он способен насквозь пробить человека с десяти метров и тяжело ранить второго, стоящего в паре шагах от первого.

Итрин вышел на площадь совсем не там, где оставил меня, чтобы не выдавать место засады. Крадучись, он почти смог дойти до женщины. Но примерно в пяти метрах от неё вдруг резко дёрнулся, упал на колени и схватился руками за голову. Это стало сигналом для меня.

Прошла минута, пока из дома, возле которого сидела женщина, не вышел огромный здоровяк в рваной сельской одежде, из-под которой торчало голое тело, украшенное местами пластинами из металла и пластика. Вокруг каждого такого украшения плоть распухла и краснела багрянцем воспалений. В левой руке он держал большой меч с очень широким лезвием, на котором светились изломанные дорожки контактов. Почти точно такие же можно увидеть на электронных платах в оборудовании в моём старом мире. Киборг подошёл к Итрину и протянул к нему правую руку.

Тщательно прицелившись, я спустил тетиву на арбалете. До цели было менее тридцати метров. На такой дистанции я уже давно уверенно поражаю цель.

Щёлк!

Короткая и толстая стрела вошла врагу под левое ухо на половину своей длины. Кажется, в ране даже что-то сверкнуло, словно там мгновенно разрядился конденсатор. Было время, когда в школе мы баловались такими штуками, шпыняя друг друга самодельными аналогами электрошокеров, сделанных из конденсаторов. Когда колол наращёнными из проволоки электродами в ляжку одноклассника, то сверкало и трещало точь-в-точь, как это только что произошло в черепе киборга.

«Повезло!», — мысленно выдохнул я при виде своего попадания. Целил-то я в шею, которая не была прикрыта ничем. А вот на голове противника красовались несколько тёмных пластин. Одна из них полумесяцем закрывала череп от виска до затылка. Чуть-чуть в неё не попал. И хорошо, что не попал, ведь неизвестно насколько она прочна и пробила бы стрела её или нет.

Ранение оказалось смертельным и, если так можно, сказать — золотым. После высверка в собственной башке киборг повалился на траппера сломанной куклой.

Оценив выстрел, я быстро перезарядил арбалет и двинулся вперёд, к дому, возле которого лежал мой напарник, придавленный огромной тушей противника. На пятом шаге я почувствовал неприятные ощущения, которые уже недавно испытал ночью, когда на нас напали мозгокруты.

'Вы нанесли смертельный урон существу Красной ветви

Вы получаете: 2 Великих марки общего развития

9 больших марок общего развития

147 крошечных марок общего развития

1 среднюю марку усиления навыка Разделка добычи

2 средних марки усиления навыка Гончарное мастерство

1 среднюю марку усиления навыка Владение гончарным кругом

1 среднюю марку усиления навыка Выносливость

1 жетон с навыком Выносливость

1 жетон с навыком Владение гончарным кругом'.

«Ну, где же вы, где же?».

Стоило только подумать, как я ощутил давление на разум. После чего сделал вид, что мне плохо. Чужим глазам должна была предстать картина, как я спотыкаюсь, припадаю на одно колено и роняю арбалет, после чего одной рукой обхватываю голову. Постарался полностью скопировать поведение своего напарника, находящегося под ментальной атакой врагов. При этом второй рукой я незаметно коснулся стреляющей трубки-амулета, закреплённой на куртке в специальной петле.