Зорькина молча насупилась.

— А на улице для них одна дорога — игла, банды, нищета. — продолжил я. — Сколько они протянут? Ты же понимаешь, новую работу они не найдут.

— А если продать предприятие тому, кто сможет вкладывать в него деньги? — осторожно спросила Зорькина.

— Кому? Я пробил возможных покупателей. Одному нужна военная лицензия, которая висит на заводе и которую просто достаточно продлить, а не получать с нуля, он не будет налаживать производство и просто закроет его или сократит персонал до десятка человек охранников. Всё. Второму… Второму он уже не нужен. Ему уже ничего не нужно. Есть ещё третий, но этот вариант тебе вообще не понравится.

— Почему?

— Потому, что это Крылов. — ответил я, увидев, как округлились глаза Зорькиной. Этот тип был известной личностью в нашем городе.

— Крылов Степан Ильич? Тот самый, король фармакологии?

— Угу. Тот самый, который производит большую часть наркоты. Догадываешься, что будут изготавливать здесь, когда заводик перейдёт в его руки? Он, кстати, предлагает самую высокую цену. Ему нравится и расположение, поближе к центру, и инфраструктура, и наш парк. Вот, подумываю над его предложением…

— Скотина ты, Алекс! — с обидой заявила Маринка и отвернула от меня лицо в боковое стекло.

— Я знаю. Но самая выгодная для вас на данный момент скотина. — я немного помолчал, сверился с навигатором, свернул на очередную улицу, и, на всякий случай поинтересовался, у своей директрисы: — Ты как, не передумала? Или мне вернуть прошлого директора на твоё место?

— Не передумала! — ехидно ответила Зорькина.

— Ну и хорошо…

Я припарковал автомобиль, вышел на улицу, оглядел достопримечательности, а точнее, задницу, жопу мира, в которой живёт моя директриса, и удивлённо покачал головой. Да уж, если так живут начальники цехов огромного завода, то как живут остальные? Грязь, вонь, мусор на улицах. Какие-то бараки, полузаброшенные дома с грязными занавесками и немытыми годами окнами, голодные взгляды прохожих, бродячие исхудавшие псы, вышедшие из подворотни посмотреть на нас…

— Ты здесь живёшь? — обернулся я к выбравшейся из машины Зорькиной.

— Не все люди живут в личных поместьях. — хмыкнула девушка.

— Но я думал… — начал я и мысленно махнул рукой, не став продолжать. — Проводить тебя до квартиры?

— Да уж сама как-нибудь. — улыбнулась мне Марина. — Всегда справлялась, справлюсь и сегодня. Это мой дом, Алекс, для меня тут безопасно. Езжай, тут не любят такие дорогие тачки и таких как ты.

— Даже на чай не пригласишь?

— Не сегодня, прости. Голова болит.

— А мы ведь даже не женаты, чтобы у тебя голова болела. — хмыкнул я, и подозрительно взглянул на Зорькину. — У тебя что, муж дома?

— Нет. — устало улыбнулась Марина. — Мужа я выгнала. Да он и сам не горел желанием оставаться со мной после того нашего с тобой…

— Ужина? — подсказа я.

— Угу, ужина. — Марина наморщила носик и слегка покраснела. — Я просто устала. В следующий раз, хорошо?

— Хорошо. До завтра… Хотя, нет. — Вспомнил я. Завтра ведь у меня другие дела, поездка в одно место по просьбе Лизы. — До послезавтра…

Я прыгнул в машину, проводил взглядом удаляющуюся к своему дому Зорькину, увидел, как она здоровается с сидящими на покосившейся скамейке бабками, ненадолго останавливается, перекидывается с ними несколькими фразами, мило улыбается и заходит в подъезд. Можно сказать, проводил.

Рыкнул двигателем, взвизгнул шинами, развернулся, и, под ненавидящими взглядами всё тех же старух, поехал из этого забытого богом места. Кстати о боге. Нужно хоть проштудировать, в какой монастырь мне завтра ехать, чем занимаются эти монашки и как себя с ними себя вести, чтобы не опозорить Лизку и не попасть впросак…

Глава 7

В женский монастырь я поехал сам. Лизка очень хотела увязаться за мной, но дела в лаборатории её не отпустили. Так что, я выбрал машинку из отцовского гаража, прыгнул за руль и помчался по скоростной автостраде на юг. Какой-то час езды, и я на месте.

Живописное место. Природа, лес, озеро, тишина, отсутствие людей. Небольшой городишко я проехал минут пятнадцать назад, а вот рядом с монастырём ни одного населённого пункта не было, даже ни одного захудалого сельского домика. Видно, монашки предпочитали жить подальше от мирской суеты…

А хорошо тут у них! Высокие кованые ворота были приветливо распахнуты настежь, и я беспрепятственно въехал на территорию. Припарковал авто прямо напротив входа, вышел, огляделся ещё раз, дал несколько минут монашкам на то, чтобы выйти и встретить меня, не дождался этого счастливого момента, и постучал носком ботинка в высокие трёхметровые дубовые двери.

Минут через пять, после того как я ещё дважды намекнул монашкам стуком о прибытии такого важного гостя, мысленно дал им шанс одуматься в одну минуту, и собирался уже ехать обратно, записав эту поездку в проваленную миссию и ничуть об этом не сожалея, дверь со скрипом отворилась в сторону. Милая девушка без следов косметики на лице и с покрытой платком головой (или как он там правильно называется, апостольник, вроде), молча посмотрела на меня и вопросительно нахмурилась.