К счастью, за общим гамом приветствий, меня не услышали. А то случился бы конфуз. Со смертельным исходом. А убивать баронов сейчас было не в моих планах. Их смерть обязательно погрузит Фарсу в пучину безвластия и междоусобиц. Чего мне бы очень не хотелось. Я нуждался в сильном соседе что прикроет мои будущие границы от врагов. Пусть даже настороженно ко мне относящемся.

Собственно, именно поэтому, я и устроил всю эту кутерьму с переговорами и выкупом за унылого барона Раста. Деньги в этом случае стояли на втором плане. Самое главное, чтобы меня начали воспринимать всерьез, и на время оставили в покое. И, если с первым у меня все более-менее обстояло нормально. Вон, сколько баронов нагнали в шатер. То вот за второе придется побороться. Причем, по большей части — за столом переговоров. Для победы за которым мне нужны неоспоримые козыри. Политика, черт бы ее побрал.

— Итак, — произнес барон фон Мормах, когда все, наконец, уселись вокруг его стола, — если вы вдруг еще не знаете, мальчишка недавно прибыл. Он устроился в полутора километрах от нас, на одном из холмов. И, как доложили разведчики, начал там окапываться.

— Не доверяет тебе, получается. — Влез в разговор упитанный дядька в зелено-белом сюрко поверх кольчуги.

— Или что-то задумал. — Добавил его сосед справа, одетый в красно-зеленое. — Может, готовится к бою, хочет воспользоваться моментом и убить всех нас? Что мы вообще о нем знаем, Ульрих? В то, что он настоящий сын Эверта я не верю. Я видел юного Орома несколько раз. Тот, если уж на то пошло, не был похож на человека, что сможет сначала убить твоего ставленника, а после разгромить войска Отто. Как ему это вообще удалось?

— О чем ты говоришь, Юрген? — Удивленно взметнулась бровь у барона фон Мормаха. — Какой еще мой ставленник?

— Ой, да ладно. — Отмахнулся тот. — Мы же тут не идиоты, и все прекрасно видим.

Бароны согласно закивали головами, загомонили, заухмылялись. Хозяин шатра хотел было что-то им ответить, даже рот открыл, однако, внезапно распахнулся полог шатра и внутрь вошел все тот же дружинник, что ранее предупреждал о приходе баронов.

— Чего тебе? — Неприязненно покосился в его сторону фон Мормах.

— Ваша милость, — с глубоким поклоном произнес он, — вы приказывали незамедлительно докладывать о прибытии баронов в лагерь.

— И? Все, кто должен был прибыть, давно уже тут. Или еще кто-то приехал?

— Так точно! Его милость, барон Селех фон Мардих.

Был ли я ошарашен, когда имя и фамилия моего «партнера» прозвучали в шатре? Пожалуй, что нет. Проехать сотни километров и припереться на собрание почти что бунтовщиков? Да как два пальца! Селех был тем еще жучарой, и подобный финт ушами был вполне в его стиле. Только, будучи человеком себе на уме, он никогда не делал ничего просто так. Все его действия, даже самые нелепые на первый взгляд, имели смысл и следовали единой цели — укреплению власти молодого короля. Зачем же он прибыл к баронам? Почему бросил Вальдера? Что ж, ответа на эти вопросы ждать осталось недолго.

Стоило только моему старому знакомцу войти в шатер, как внутри тут же стало тесно. Раньше я как-то не замечал, насколько он огромный. Сейчас же он скалой нависал над собравшимися баронами, и было видно, что тем явно не по себе. Всем, кроме Ульриха фон Мормаха. Тот внешне остался очень спокоен. И не менее спокойным и ровным голосом произнес:

— Здравствуй, Селех. Не скажу, что рад тебя видеть, но присаживайся, рассказывай с чем прибыл.

Барона фон Мардиха столь прохладный прием ничуть не впечатлил. Он спокойно прошел к столу и уселся на один из свободных стульев. После чего некоторое время молча разглядывал присутствующих. А затем, с каким-то странным блеском в глазах, поинтересовался:

— Что, заговорщики, все заговоры строите?

— Не понимаю, о чем ты. — Тут же ответил барон фон Мормах. Слишком торопливо, как мне показалось. Видимо, все его внешнее спокойствие было напускным. — Мы собрались тут, чтобы вызволить из плена нашего соратника.

— Все ты понимаешь, Ульрих. — Отмахнулся от него Селех. — Ты мне другое скажи, как это Отто умудрился попасть в плен? Вы же столько лет вместе тут свои порядки наводили. Столько крупных побед, столько замков взято, а тут такой позор, какой-то мальчишка без потерь разбил ваши войска. Как так-то?

— Зубоскалишь? — Мрачно взглянул на него фон Мормах, которого явно задела речь безопасника. — Рассказывай, зачем приперся в Фарсу и чего тебе тут нужно?

— Как это зачем? Я, если ты не забыл, фарский барон и имею полное право тут находиться.

— Какой ты, нахрен, барон? — Влез в разговор мужик в красно-зеленом сюрко. — Ты продал себя манкарийским ублюдкам и служишь их выродку.

— Не тебе, Юрген, — вмиг потяжелевшим голосом проговорил Селех, — рассуждать о том, кто кому себя продал. Расскажи это лучше своему отцу, которого ты убил, чтобы заключить союз с Мормахами. И, еще одно. Если ты еще раз оскорбишь его величество, то я тебе зубы вобью в твою гнилую пасть. Ты меня понял?

Я сидел, наблюдая за стремительно разворачивающимися событиями, и тихо офигевал. Вот уж не ожидал от благородных баронов, аристократов черт знает в каком поколении, настолько базарных разборок. Честное слово, мои наемники, когда бьют морды в трактирах, и то лучше себя ведут. А тут, какой-то балаган устроили.

Но, больше всего меня поразило то, с какой открытостью обсуждались некоторые вопросы. «Ты предатель». «А ты батю порешил». «Ну а ты вообще хочешь узурпировать власть». Все знали о грешках друг друга, но никого это не смущало. Бароны, хоть и возмущенно выражали свое мнение, тем не менее продолжали сидеть за одним столом, планируя о чем-то договариваться. Подобное поведение у меня просто не укладывалось в голове.