Лопатки Дани коснулись края ванны.

– Просто откинь голову.

– Да не просила я об этом! Не нужна мне твоя помощь! – Даня отчаянно рванула вверх.

Яков отпустил ее и отступил, натянув душевой шланг до предела. Тяжело дыша, Даня скрючилась на пуфике.

– И как будешь выкручиваться? – Яков был зол до жути. Пробурчав что-то нелестное в ее адрес, прижал локоть к боку и позволил кисти свободно повиснуть. – У тебя руки едва двигаются. Висят вот так, как лапы у тиранозавтра. Как до головы достанешь?

– Ты меня динозавром обозвал? – Даня уже не знала, чему ужасаться больше.

– Причем очень тупеньким. Столько лет эволюции и ни черта мозгов не прибавилось. – Яков в обвиняющем жесте ткнул в нее лейкой на душевом шланге. – Мне завтра рано вставать.

«А-а-а, это-то как связано?!» – мысленно взвизгнула Даня. Осмотревшись, она не заметила ничего такого, чем можно было успешно отбиться от мальчишки. Хоть мочалкой в него не швыряй.

– Не зли меня, Какао. Я очень хочу спать.

– Так иди и спи!

– Мне нужно, чтобы ты… короче… Ты тоже должна…

Яков, не договорив, поджал губы, а затем ринулся вперед. Сонным его назвать нельзя было точно. Прыткость и целеустремленность – вот это про него. Хомячок слопал пару кофейных конфеток и хлюпнул это дело энергетиками – не иначе.

– Отвали, а.

– Перестань трепыхаться, Какао. – Яков снова навис над ней, угрожающе занося над головой душевой шланг. – Сиди спокойно, пока я добрый.

– С чего ты вообще вдруг добрым стал?!

– Без меня ты тут проторчишь еще часа два. И ни фига нормально ничего не сделаешь. Сказал же, кончай трепыхаться.

Рука Якова легла на ее плечо.

Даня вся сжалась и как-то незаметно съехала по пуфику, выставив ноги еще дальше.

– С таким лицом только головы проламывать, – сообщила Даня, демонстративно дергая плечом, чтобы сбросить руку мальчишки.

– Улыбаться как-то не тянет. Ты меня выбесила. Если я что-то говорю, слушайся!

– Да ну? Типа «о да, мой повелитель»? Да иди ты, Принцесса! А точнее, пшел на фиг, мой повелитель!

Даня задергалась с новой силой. Размахивала преимущественно ногами. Яков, издав что-то среднее между рычанием и гневным пыхтением, шагнул вперед. А в следующий миг, изловчившись, подпрыгнул и уселся прямо на девичьи колени.

От неожиданности Даня даже трепыхаться перестала.

– Ты на меня сел? – Поверить было сложно даже после того, как ее нос уткнулся в грудь Якова.

– Просто не шевелись. – Он потянулся к смесителю, сильнее вжав Даню в наружную стенку ванны.

Обреченно вздохнув, Даня обессилено откинула голову назад.

– А ты и правда легкий, – еле ворочая языком, заметила она. – Никакой мышечной массы.

– Оскорбить хочешь? – Яков хмуро уставился на нее. И как-то слишком быстро отвел взгляд. – Есть у меня мышечная масса.

– Где? На языке?

На волосы полилась ледяная вода. Мгновенная месть.

Даня, моментально проснувшись, подскочила на пуфике. Точнее, хотела подскочить. Помешал сидящий на ней Яков. Его напрягшиеся ноги так сильно вжались по бокам в ее бедра, что она едва могла пошевелиться.

– Ты, наверное, забыла. – Яков отвел хлещущую воду подальше от ее головы, зато придвинулся сам. – Я мужчина.

– Только проверять не предлагай, – сухо попросила Даня, замечая, что ей в какой-то мере даже приятна эта живая тяжесть на ее коленях. И тепло, охватившее бедра. Сладковатый запах, смешанный с ароматом чистой кожи, щекочущий полость носа. Порывы миниатюрного ветра, создаваемого при резких выдохах, осторожное шевеление и чуть уловимый запах мятной зубной пасты. А частичная обездвиженность ее даже забавляла.

«Ну все, я извращенка». – Конечный и далекий от утешительного вывод.

– Имею в виду, сопротивляться бесполезно. – Яков ослабил хватку в районе ног. – Ты девчонка. Я все равно сильнее.

Подобное помпезное заявление грешно было оставлять без внимания. И ради такого дела Даня даже поднапряглась и подняла голову.

– Тогда, в связи с моим заведомым проигрышем, – я ведь хрупкая барышня, бла-бла-бла, силенок кот наплакал, печалька да и только, – при оказании сопротивления мне стоит сразу же переходить к более хитрым методам. – Правый уголок ее губ пополз вверх, воссоздав жутковатое подобие улыбки. – Короче, не рекомендую вот так свободно раздвигать передо мной ноги.

А вот и матрешечные пятнышки на бледных щечках. Здравствуйте, родные. Будь у Дани больше бодрости, она обязательно бы мерзко похихикала. Или вовсе расхохоталась бы.

– Извращенка, – сдавленно проговорил Яков.

«У нас даже мысли сходятся», – вяло восхитилась Даня и снова обмякла. Угрозу-то она озвучила, а вот воплотить в жизнь – проблемка.

Похоже, эту заминку ощутил и Яков. Как еще объяснить тот факт, что даже после столь явного словесного покушения на его прелести, он не струхнул и пулей не слетел с ее коленей?