– Он любит фильмы ужасов? – Даня оглядела полки с дисками.

– Да, особенно смотреть их ночью. – Глеб, прищурившись, задумчиво вглядывался в плакат на стене. – С детства меня этим доканывал.

Даня прошла к столу. Над столешницей на стене, выбиваясь из общей картины, висел лист бумаги. Схематичный рисунок девичьей фигуры – пара плавных линий. На безликом лице непонятно по какой причине были скрупулезно прорисованы очки.

Забавненько.

Нога натолкнулась на какой-то предмет. По полу неспешно прокатился футбольный мяч. На белых лоскутках по всей поверхности маркерами разных цветов были прописаны сотни «да» и «нет». Большинство слов перечеркивали черные линии крест-накрест.

– Яков играл в футбол? – Даня попыталась себе это представить.

Глеб, уже добравшийся до выхода, обернулся и посмотрел на мяч. Молчание продлилось чуть дольше положенного.

– Нет, – бросил он. – Никогда не играл.

«Осторожно! Опасность! Неудачный вопрос».

Даня, изобразив полное отсутствие заинтересованности, постучала пальцем по фигурке Джейсона Вурхиза – злодея из франшизы «Пятница, 13-е». А затем снова окинула взглядом рисунок девушки.

«Его подружка? Любит интеллектуалок?»

В комнате заметно похолодало. И причина была вовсе не в плохом обогреве. Мрачность распространял вокруг себя Левин.

«Черт. Опять я где-то промахнулась и снова испортила ему настроение. Прямо как на первом ужине. Надо срочно исправляться, а то он может вернуть обратно свои слова об официальном разрешении посещать каток. Тогда у меня опять будут проблемы с Принцессой. Включится хотелка, он вновь решит попрыгать с балкона, а мне придется сигать следом. Класс. Побудь душкой, Шацкая. Левин не укусит».

– Мы еще не все посмотрели, – с деланным воодушевлением заметила она. Кашлянув, добавила к интонациям больше радости: – Уверена, вы можете похвастаться чем-то другим, помимо двух малюсеньких комнат.

Смешок. Глеб с неожиданной готовностью подхватил игру.

– Непременно. Прошу за мной.

Чрезмерный официоз. Из-за него выстраивать стену между собой и гендиректором было очень трудно. Ведь казалось, что он и сам ведет себя отстраненно и не намеревается переступать через границы формализма. Однако интуиция Дани нашептывала об обратном. Расслабляться не стоило.

– А это небольшой гибрид чего-то с чем-то, – поразмыслив, сообщил Глеб и открыл следующую дверь.

Половину помещения занимали тренажеры. Большинство, типа скамьи для пресса, скорее всего, были куплены специально для Якова. У дальней стены располагались хореографические поручни. Места для небольшой тренировочной программы вполне хватало. Вторую половину помещения занимали стол с компьютером и напольные полки с папками. Небольшой импровизированный кабинет отделялся от такого же импровизированного спортивного уголка белоснежными тумбами на два выдвижных ящика. Наверху пристроилась пара свернутых скакалок, и лежали разноцветные напульсники.

На столешнице недалеко от компьютера стояла рамка с фотографией. Даня, сгорая от любопытства, припустила прямиком к рабочему столу.

Фото было облачено в зеркальную рамку. Откинув скромность, Даня подхватила фотографию. Глеба на изображении было просто не узнать. Когда-то этот парень умел по-настоящему смеяться и, похоже, был еще тем шутником. Юноша лет девятнадцати с волосами до плеч, одетый в синюю футболку, усыпанную загогулинками, и удлиненные шорты, чуть ли не лопаясь от смеха, водружал футбольный мяч на голову светловолосому ребенку лет семи-восьми.

Даня поднесла рамку ближе к лицу, вглядываясь в черты белокурого создания.

«Ути-моя-пуся!» – наверное, именно это или нечто еще более сюси-пусечное проворковала бы добрая половина особо чувствительных натур планеты Земля, другая бы половина, пылая от умиления, принялась бы устраивать с рамкой обнимашки.

Эта маленькая белобрысая пальмочка, гадкая Принцесса, юный трепатель нервов, – и все в одном Яков Левицкий, – в нежном невинном возрасте был до умопомрачения мил. Дане, скупой на сюси-пуси реакцию, пришлось признать данное обстоятельство как неопровержимый факт. Зеленоглазое маленькое чудо, умилительно надувшись, сердито пялилось снизу-вверх на Глеба. Маленькая детская ручонка цеплялась за край футболки парня, а вторая ручонка, словно лапка котенка, упиралась в округлый бок футбольного мяча в явной попытке спихнуть с головы раздражитель. У Якова уже тогда были длинные волосы. А светло-фиолетовая футболка с силуэтом фигуриста на груди и длинные белые шортики добавляли ему еще больше очарования.

Прямо кукольная куколка.

«Мне срочно нужен дубликат фото. – Даню аж в жар бросило, когда она представила, как славненько будет дразнить Принцессу этой фотографией. – А Левин тут такой смешливый. Никакого сравнения с нынешним переизбытком серьезности».

– Ох, компромат. – Глеб, заглянувший Дане через плечо, картинно водрузил руку на глаза. – И как же я не подумал спрятать.

– Я все запомнила, – ухмыльнувшись, заметила девушка.

– Тогда придется от вас избавиться. – Глеб качнулся в ее сторону. До Дани вновь донесся аромат шампуня и геля для душа. – А теперь проголодались? Если дадите мне минут пять, я закончу с приготовлениями.