Что теперь с ним будет? Парню должно быть прочистят мозги всё те же свои люди в магистрате, и он вновь станет магом-теоретиком, создающим порталы, позабыв и о воинах Апериона и об Иллисе, и вообще обо всём?

— Это неправильно, Милис, — чуть слышно сказала девушка. — Неправильно.

— Ты просто привязалась к нему, — вкрадчиво произнёс эльф. — С ним всё будет в порядке. Не волнуйся.

— Неправильно, — повторила Рида. — Он нам верил.

— И внёс свой вклад в наше общее дело. Без помощи Олла, мы вряд ли бы закрыли брешь. Ты же сама видела, что зигеры пытались создать устойчивый портал.

— А если бы он умер?! — дочь Умия резко обернулась и впилась взглядом в эльфа. Милис выдержал его.

— Вспомни Саала, а он был эклийцем, Рида. Не забывай кто мы и зачем здесь.

— Это всё слова, — отмахнулась девушка.

Эльф ничего не ответил. Пройдёт время и Рида свыкнется с тем, что в этом мире нельзя жить по правилам. Что всегда одни, будут использовать других и наоборот. Вот та прописная истина, и та правда, которой надо руководствоваться. А если учесть, что воины Апериона чуть ли не последние эклийцы, оставшиеся в мире Аадры, то и о личных чувствах придётся позабыть. По-другому никак.

Время. Риде всего лишь нужно время, и она всё это поймёт. Не будет в нашем мире чести и правды, пока пылает жерло Архиола.