– Никак стражник? Иродово племя.

– Кто таков?

– Я тебе сейчас покажу кто таков, продырявлю башку...

Кидаю обгрызенную ножку прямо в костер. Пламя взвивается к верху и мужичонка отпрянул, подняв ствол винтовки. Прыгаю прямо через огонь на него и, рванув за прорезиненный плащ, всаживаю кулак в глаз. Голова мужичонки болтнулась назад, винтовка выпала из рук и он кулем повалился на землю. Подбираю винтовку и, разрядив ее, бросаю к огню.

Мужичонка приходит в себя.

– Силен, боров.

Долго щупает глаз.

– Хочешь закусить?- спрашиваю его.

Он трясет головой, потом говорит.

– Давай.

Снимаю вторую ногу и бросаю ему.

– Дай соли.

Бросаю ему баночку с солью. Он ест не спеша, иногда трогая заплывший уже глаз.

– Тебя как звать?- вдруг спрашивает он.

– Александр.

– Сашка значит. Случайно не Сашка-пограничник?

– Наверно я. А тебя как зовут?

– Шатун. Слыхал небось?

– Говорили кое-что.

Он хихикнул.

– И про тебя тоже говорили. Здорово ты меня.

– Чего же ты хочешь, ведь мог пристрелить?

– Очень хотел. Ваше сучье племя, во как ненавижу. Что со мной делать будешь?

– На кой хрен ты мне нужен. Пожрешь и катись.

Мужичонка явно озадачен.

– Кого сейчас ловите?

– Кольку-Пыжа, со второго лагеря.

– Его уже... Прихлопнули. Ваш Васька -убивец изловчился и прибил прямо перед лагерем. Они чего-то поговорили крупно и Васька даже не довел до ворот.

– Черт с ним. Мне легче. Иду домой.

Мужичонка доедает мясо. Бросает мне баночку с солью и взяв винтовку, закидывает ее на плечо.

– А ты вроде ничего мужик. Мой совет тебе. Уходи из дома Васьки. В городе большой сбор воров и бандитов, готовиться налет на Ваську. Ему не простят "общаг".

Шатун исчезает за деревьями. Я тоже собираюсь домой. Уничтожаю костер и только отхожу несколько шагов, как чуть не напарываюсь на рысь. Обожравшееся животное лежало на поваленном дереве, лениво открыло глаз и мигнув мне, закрыло обратно.

Васька злой как черт.

– Понимаешь, они, сволочи, мне угрожать решили. Этот Колька, стал меня стращать и грозить. А ведь молчал, до самого лагеря. Узнали, гады, что я их денежки взял, теперь обнаглели совсем. Я его и шлепнул, там у забора.

– Может тебе действительно отдать "общаг"? Они не утихомирятся.

– Что они мне сделают? Я их сам сделаю. Столько перестрелял, еще столько же перебью. Не боись, парень. Переживем.

Варька затащила меня к реке, ловить рыбу, но мы ее не ловили, а занимались любовью. Где-то в поселке зашумели машины.

– Что это?- насторожился я.

– Зэков наверно везут в лагеря,- лениво ответила Варька.

В поселке грохнул выстрел, ахнул взрыв и воздух взорвался трелями автоматов и пулеметов. Я вскочил и стал натягивать штаны.

– Куда, убьют,- завизжала Варька и вцепилась мне в ногу.

– Отвали.

Я отшвырнул ее и понесся к крайним домам. На центральной дороге творилось черт знает что. На меня выпрыгнул, обстреливая улицу, серый пиджак с автоматом и мне пришлось успокоить его ребром ладони по шее. Я вырвал у него оружие и выглянул на дорогу. Четыре ЗИЛа столпилось у Васькиного дома, пятый, проломив ворота, застрял в них. Дом пылал. Израненный лев из огня стрелял по крутящимся в пыли черным фигурам. Стреляла вся улица. Из всех щелей, заборов, домов, крыш, стреляли жители поселка. Несколько нападавших отходили в мою сторону. Я лег на пыльную траву и как на учениях прицелился и выпустил весь рожек в заметавшиеся фигуры. Теперь автомат не нужная игрушка. Опять выглядываю и тут же полетела щепа забора. Заметили.

– Отходим,- орал вдали кто-то.

Стрельба еще больше усилилась и уходила на край поселка. Загорелись два ЗИЛа. Васькин дом уже пылал большим факелом. Из него уже никто не стрелял. Ко мне подбежала запыхавшаяся Варька.

– Батяня,- завыла она.

– Не высовывайся.

Нападавшие уходили по дороге на Юг, а поселок стал оживать. Захлопали калитки, заскрипели ворота и появились стражники, женщины, молодые парни с оружием в руках. Старшина увидев меня с автоматом. Одобрительно кивнул.

– А я думал, кто это их срезал как бритва у последних домов. Прекрасно парень. Вон четверо твоих жмуриков лежат.

– Там еще за домом пятый. Вроде живой.

– Эй, Мишка, посмотри, как там за домом. Сашка там парня уложил. Живой он или нет?

– Жив кажется.

– Тащи сюда.

Варька побежала к дому, туда же собирались жители.

Привели еще двоих нападавших. Старшина, глядя на огонь, тихо сказал.

– Отмаялся Васька. Царствие ему небесное. Мария Ильинична, тоже сгорела. Отбивались они здорово. Вон сколько покойничков лежат.