— Мне кажется, что бы там ни было, оно замуровано, — озвучила я мысли.

— Похоже на то. — Мелард сел на пол, задумчиво уставился перед собой. — А если…

Он приложил руку с стене, и по ней пошла трещина, а через несколько мгновений стена рассыпалась на отдельные камни.

— Ты что делаешь? — крикнула я и закашлялась из-за поднявшейся пыли.

— Ну ты же хотела выяснить, что за стеной, — стряхивая с волос осыпавшуюся штукатурку и обрывки обоев, спокойно ответил Мелард.

Как только грохот затих, на пороге возникла хозяйка дома.

— Что тут происходит? Что вы себе позволяете?!

Я выразительно посмотрела на Меларда, предлагая отвечать на этот вопрос ему. Кто тут страж и должен следить за порядком и соблюдением правил?

— Ох, чтоб меня горгулья съела, это что? — за спиной матери возник Элор, на ходу застёгивая рубашку.

Из-за его плеча с любопытством выглядывала Олли.

Опавшая стена открыла проход в крошечное помещение. Не то кладовка, не то домашняя лаборатория, судя по пыльному оборудованию и расставленным на полках пузырькам.

Мелард взял монету, лежавшую рядом с какими-то свитками, покрутил в руках.

— Как давно ваш отец стал владельцем этого дома? — спросил он хозяйку.

— Сорок лет назад. Он купил его сразу, как переехал в город. Его пригласили читать лекции в МАГУ по…

— Тогда все обвинения в хранении запрещенных зелий с вашей семьи снимаются, — перебил её Мелард. — Как маг земли свидетельствую, что эта кладка пробыла тут не менее семидесяти лет и ни разу не была потревожена.

Хозяйка ахнула, Элор присвистнул, мы с Олли переглянулись. Судя по её восторженному взгляду, подруга теперь будет думать, что в каждый свой поиск я нахожу какой-нибудь клад.

Дальше я сидела в уголке и отчаянно скучала, пока Мелард делал опись содержимого «кладовки». Он брал пузырьки и свитки в специальных перчатках, что-то сразу откладывал с комментарием вроде «Запрещено уже триста лет Указом № М-129-ЦУ», остальное протягивал хозяевам, которые бережно составляли всё в старый чемодан, найденный где-то в шкафу.

— Госпожа Эвангелина, полагаю, вы свою часть работы выполнили, — через какое-то время вспомнила о моём присутствии хозяйка. — Или вы хотите ещё где-то поискать? — добавила она с надеждой.

— Нет, с домом и участком я закончила.

— В таком случае не буду вас больше задерживать, — и она протянула мне увесистый мешочек.

— Но тут больше тридцати монет. — Я заглянула внутрь.

— Это премия, — отмахнулась хозяйка дома.

— Мы не оговаривали это в договоре, — покачала я головой.

Олли тут же ущипнула меня за бок, с вежливой улыбкой поблагодарила хозяйку и сообщила, что тоже не будет мешать и с радостью проводит уставшую меня до дома.

— Ты заслужила тут каждую монетку! — шипела подруга, пока мы шли в сторону моста. — И вообще, с тебя обед и рассказ о том, как у вас со стражем всё прошло!

— Что прошло? — не сообразила я.

— Только не говори мне, что вы не опробовали кровать в той комнате! Я же специально вас вдвоём оставила! — горестно вздохнула Олли и махнула проезжавшему мимо наёмному экипажу.

Я даже спорить не стала — так вымоталась, что готова была потратить пару монет, лишь бы побыстрее оказаться дома.

В кафе на центральной улице Олли похвасталась, что они с Элором «с резервами всё успели», и что завтра у них свидание на «Утёсе печали». Повздыхала над моей недогадливостью и посоветовала самой пригласить стража на прогулку. А потом вручила нечто, завёрнутое в пропитанную воском бумагу, и умчалась на вечеринку однокурсницы, а я, чувствуя себя уставшей, как медведь после спячки, потратила лишнюю монетку и поехала на кэбе домой. Уже в кэбе заглянула в свёрток — там оказались любимые медовые пончики.

Кори открыл мне дверь с кухонным полотенцем в руках. Дома пахло жареным мясом и какими-то специями. Но улыбка на лице дриада мгновенно померкла, полотенце полетело на пол, и Кори подхватил меня на руки.

— Как вы себя чувствуете, госпожа Эва? — с тревогой спросил он и ногой захлопнул входную дверь.

— А что не так? — невольно встревожилась я.

Вроде нигде пораниться не могла — я бы почувствовала. С одеждой тоже всё в порядке…

— У вас резерв дрожит от перенапряжения! Наверняка слабость, голова кружится, могут путаться мысли.

— И… что делать? — тихо спросила я дриада, когда он осторожно опустил меня на диван.

Кори понимающе улыбнулся и вышел, а через минуту вернулся с тазом тёплой воды, мылом и полотенцем.

— Для начала я позабочусь о ваших ногах, госпожа. Позволите?

— Просто Эва, — по привычке ответила я.

Кори опустился на колени перед диваном, снял с меня туфли и опустил ноги в таз. Парень был в одних брюках и без рубашки, и я засмотрелась на его широкие плечи, украшенные рисунком лиан, и сильные мышцы. Кори опустил голову, и стеснения я не чувствовала, ведь он не видел, как беззастенчиво я его рассматриваю.