На самом деле, кое-какие подозрения у меня уже появились, но я пока что не спешил озвучивать их вслух.

— На самом деле, всё до банального просто, — на лице Михаила Ларионовича снова появилась добродушная улыбка. — Я бы хотел получить наработки вашего отца.

— Что? — я сделал вид, что удивился, хотя именно такого вопроса и ожидал. — Но с чего вы вообще взяли, что у меня есть что-то подобное? Люди императора вряд ли упустили что-то в своих поисках, а если и упустили, то у меня явно не тот уровень, чтобы найти информацию, спрятанную высокоранговым одаренным.

— Можете не притворяться, — всё с такой же доброй улыбкой покачал головой дедок. — Я довольно долго следил за новостями, связанными с вами, и уже в тот момент, когда передавал своему человеку членскую карточку, был уверен, что Константин не забрал свои секреты с собой в могилу. Но решающим, конечно, было не это, а два совсем других момента. Первый — что вы вообще смогли обнаружить мое скромное убежище. И второй — знание алхимических ингредиентов. Может вы не помните, но при одной из наших встреч я спрашивал, как такой молодой человек может настолько хорошо разбираться в травах. Вы тогда быстро сориентировались и сказали, что всему виной хорошие учителя, но я-то понимаю, что в академии вряд ли такому научат. Так что объяснение тут может быть только одно — вы наткнулись на исследования Константина, и даже более того — решили попробовать проверить какую-то из его наработок. Другой причины, для чего вам могли понадобиться алхимические ингредиенты, я придумать не могу.

Даже несмотря на то, что старик ошибался, логика, конечно, в его мыслях присутствовала. И, наверное, даже хорошо, что он так быстро списал всё на наследство отца Арсения, а не стал копаться глубже.

— Что ж, мне даже нечем вас парировать, — я смущенно улыбнулся, делая вид, что Михаил Ларионович был полностью прав. — Только один момент — а что вы имели в виду под словами «смогли обнаружить мое скромное убежище?»

— Тут тоже всё очень просто, — улыбка на лице старика становилась шире с каждым мгновением. Видимо, разговор шел полностью так, как и предполагал Михаил Ларионович, что внушало ему надежды достигнуть желаемого. — Дело в том, что каждый филиал клуба предназначен только для своих и скрыт от лишних глаз специальным конструктом. Конечно, он помогает только против слабых одаренных и простых людей, но и этого более чем достаточно. И карточка, которую вам передали, служит своеобразным пропуском, позволяющим видеть сквозь наши маскирующие плетения.

Странно. Я же проверял карточку сразу, как только её получил, и не нашел там ни одного конструкта. Но зачем старику врать мне?

— Но я же как-то смог попасть в лавку без этого пропуска?

— Про это я и говорил, — улыбнулся старик. — Константин экспериментировал со многим, в том числе и с защитой этого места. И та самая магия, из-за которой род Медорфеновых был почти полностью уничтожен императором, может пустить вас без всяких карточек.

Это старик про магию крови что ли имеет в виду? Что ж, это тоже вполне логично, тем более что сразу подтверждает моё кровное родство с Константином. И в таком случае карточка могла и правда быть пустышкой — в настоящей банально не было необходимости.

— А вам не страшно касаться подобных вещей? — задал я провокационный вопрос. — Мой отец не пережил гнев императора, кто сказал, что переживете вы? Не говоря уже про то, что я могу просто рассказать про ваши запросы имперской службе безопасности.

— Можете меня не пугать, — усмехнулся Михаил Ларионович. — Надеюсь, что вы не настолько глупы, чтобы сообщать императору про наследство отца. Как мне кажется, это та самая единственная причина, по которой вас оставили в живых. Раскрыть то, что попытался спрятать Константин.

— Никогда не обдумывал это с такой стороны, — я сделал удивленное лицо. — Но в любом случае, это не вопрос пяти или десяти минут. Мне нужно подумать.

— Уверены? — тон Михаила Ларионовича стал гораздо тяжелее. — Поверьте, у меня найдется, чем отблагодарить вас в ответ.

Я даже на секунду удивился такой резкой перемене настроения старика, однако быстро понял причину. Старик волновался, что я банально могу не пережить серые сутки, и тогда секреты моего отца уже точно невозможно будет раскопать.

— Сто процентов, — равнодушно покачал головой, показывая, что не намерен обсуждать этот вопрос. — А если вы переживаете за мою сохранность, то… Как-нибудь уж переживу проблемы со стороны пустошей. Разве что не откажусь от любой помощи. Например, парочка стеблей молочного одувана мне бы точно не помешала.

— А вы своего не упустите, — на лицо Михаила Ларионовича вернулась прежняя добрая усмешка. — Ну что ж…

Спустя ещё пол часа я уже выходил из лавки, груженый пятью огромными пакетами всевозможных трав. Старик действительно пошел навстречу и сделал огромнейшую скидку на и без того дешевые товары, но не для того, чтобы мне помочь. Скорее, чтобы просто наладить более тесный контакт.

Рост с Ником помогли загрузить всё добро в машину, после чего мы тут же выехали в сторону Северного. Бессонная ночка всё-таки взяла свое, так что стоило моей голове только коснуться спинке кресла, как я мгновенно заснул.

Однообразная рутина будней снова затянула меня с головой. Я безвылазно пропадал в подвале, лишь краем глаза отмечая, как прогрессируют мои бойцы. Атмосфера в форпосте с каждым днем становилась всё тяжелее, а в те редкие минуты, когда мне удавалось побывать снаружи, я замечал, что гражданского населения в Северном осталось очень мало. Думаю, как минимум половина обычных людей предпочла переждать непростые дни подальше от фронта, но зато им на смену пришли рейдеры.