Мы все стояли. Обычно совещание перед игрой мы проводили в конференц-зале, но я знал, что этим утром никто из нас не сможет усидеть на стуле. Поэтому мы собрались в пустом тренажерном зале, пока игроки готовились в раздевалке по соседству.

— Хорошо. — Я хлопнул в ладоши, и этот звук явно означал окончание собрания. — Пошли.

Зал наполнился разговорами и движением. Один за другим мы выходили из тренажерного зала, большинство тренеров направлялись в раздевалку, чтобы проверить игроков. Но я вышел в коридор, доставая из кармана телефон, надеясь увидеть сообщение от Милли.

Ничего.

Так что я набрал ее имя, и, как и сегодня утром по дороге на стадион, мой звонок был перенаправлен на голосовую почту. Вероятно, она проводила время со своей мамой перед игрой. Но что-то подсказывало мне, что это еще не все. Что что-то было не так.

У меня была паранойя из-за нашего перерыва.

Прошлой ночью мне не удалось выспаться без Милли, которая обычно помогла мне справиться с нервами перед игрой. Большую часть ночи я провел на диване, смотря фильм или пересматривая игры. Таким я был игроком. Если я не мог заснуть, когда был на взводе, я переключал свое внимание на футбол.

Что я буду делать, когда все закончится?

Сегодня был не тот день, чтобы беспокоиться о будущем, поэтому я позвонил Стефани, желая поговорить с Джоуи.

— Привет, папочка, — ответила она.

— Привет. Как прошла игра?

— Мы победили, — в ее голосе звучала улыбка. Я был убит из-за того, что пропустил ее игру в волейбол этим утром, но Стефани пообещала снять несколько видео, а один из родителей вел прямой эфир, так что, надеюсь, позже я смогу посмотреть его на Фейсбуке.

— Это круто, — сказал я. — Тебе было весело?

— Да, очень.

— Чем ты сейчас занимаешься?

— Мы только что включили телевизор, чтобы смотреть вашу игру. — На заднем плане раздался лязг, как будто миска для миксера ударилась о столешницу. — А теперь мы готовим закуски и всякую всячину, чтобы перекусить во время просмотра.

— Отлично. Оставишь немного для меня?

— И для Милли.

Мое сердце сжалось.

— Да. И для Милли тоже.

Не хочу обидеть мать Милли, но ей нужно было уехать из Мишна, чтобы я мог вернуть свою женщину. Или привыкнуть к мысли, что она будет проводить ночи в моей комнате для гостей.

Нашей комнате для гостей. Скорее рано, чем поздно, мы с Милли будем жить по одному адресу.

Либо в Мишне. Либо там, где они с Джоуи хотели бы жить.

— Тебе здесь нравится? — выпалил я. Этот вопрос я должен был задать Джоуи несколько месяцев назад.

К тому же, сейчас было не время переживать из-за этого разговора, но у меня внутри все сжалось еще сильнее. Мы были на пороге серьезных перемен. Снова. На этот раз я не хотел просто навязывать это Джоуи.

— В Мишне? — спросила она.

Я кивнул.

— Да, в Мише.

— Да. А что?

— Я хочу, чтобы тебе здесь нравилось.

— Да, — это было сказано так беспечно, что немного ослабило беспокойство.

— Лучше, чем в Сиэтле?

— Эм… наверное.

Для меня этого было достаточно.

— Я знаю, это тяжело — быть так далеко от своей мамы.

Джоуи замолчала. Когда она заговорила, ее голос был почти шепотом.

— Как ты думаешь, она когда-нибудь переедет сюда?

Нет.

— Я не знаю, принцесса.

Сиенна вернулась к своей жизни, возобновив телефонные звонки и видеочаты, чтобы оставаться на связи с нашей дочерью. Съемки реалити-шоу возобновились, первый сезон вот-вот должен был выйти в эфир, а ее жизнь с Джорданом Пауэллом по-прежнему транслировалась в социальных сетях в тщательно подготовленном виде.

На данный момент были только мы с Джоуи.

Было ли этого достаточно? Было ли достаточно меня? Голос Милли звучал в моей голове. Ты хороший отец, Форд.

— Надеюсь, что я хороший отец, — признался я.

— Ты самый лучший папа.

Вот оно. Прямо здесь. Воздух вырвался из моих легких. Даже если сегодня не произойдет ничего хорошего, даже если мы проиграем «Гризли», сегодня я все равно победил.

— Я люблю тебя, Джосалинн.

— Я тоже люблю тебя, папочка.

Сколько бы раз я ни слышал эту фразу, этого всегда было недостаточно. Может, я и не был лучшим отцом в мире, но, черт возьми, я старался.

— Ладно, мне лучше подготовиться к игре. Ты ведь будешь смотреть, да? И громко аплодировать?