Шрифт:
– Ваше величество, я не одна постаралась для вас, но и старшая наложница Шу тоже без дела не сидела, – сказала она, подзывая рукой одну из новеньких наложниц. – Хотите взглянуть, что она приготовила?
– Старшая наложница Шу? – переспросил Хунли. Все же в гареме было много женщин, всех не упомнишь.
У Минъюй сердце зашлось, когда она увидела, кого позвала госпожа Хуэй.
Она сразу признала новенькую наложницу, которую так нагло и язвительно прогнала из дворца Чанчунь. Неужели та переметнулась к благородной супруге?
Налань Чуньсюэ преподнесла в качестве дара маленькую глазурованную пагоду. Сам по себе такой подарок не был чем-то необычным, но редким и драгоценным его делала реликвия шарира [105] на вершине. Поговаривают, что эта шарира стала самой ценной из семисот реликвий, оставленной сунским буддийским наставником Сиюанем после того, как он погрузился в нирвану. Она была создана из его сердца, поэтому ее называют Священным лотосом.
– Государь, – спросила благородная супруга, – разве не это сокровище уже долгие годы ищет ее величество вдовствующая императрица?
105
Буддийские реликвии, представляющие собой останки или прах Будды и других святых, сохраненные в виде кристаллических образований.
Если даже самому Хунли подарок мог и не понравиться, его матушка обязательно пришла бы от него в восторг.
Минъюй совершенно разнервничалась, увидев, что девушка, с которой она так бесстыже обошлась, добилась такого успеха.
– И ты хорошо постаралась, – закивал Хунли, а после обратился к своей законной супруге: – Императрица, выбери из подаренного несколько новых занятных вещиц и вместе с этой пагодой отправь вдовствующей императрице.
– Конечно, – учтиво и покорно ответила ее величество, пряча свою тоску глубоко в душе.
Ее фея реки Ло по сравнению с оркестром западных инструментов и буддийской реликвией выглядела совсем уж заурядной и неинтересной. Хунли едва взглянул на нее и тут же позабыл. Быть может, она была не так уж и похожа на небожительницу с полотна, а может, он уже просто пресытился ею.
– Инло, – тихонько позвала она свою служанку, отбросив мрачные мысли. – Возьми пагоду.
– Слушаюсь, госпожа, – ответила Инло, с сочувствием глядя на императрицу. Она взяла пагоду и вместе с ответственными за подарки евнухами и служанками направилась в восточные комнаты, где хранились все дары.
Минъюй, завидев это, мгновенно устремилась следом.
Подарков было очень много. И первым делом Инло должна была внести каждый из них в специальную учетную книгу, а потом отобрать, что из них отправится к вдовствующей императрице.
– Пара расписных фонарей с пожеланиями долголетия.
Инло обмакнула кисть в тушь и начала выводить на бумаге иероглифы.
– Две яшмовые вазы с узорами журавля и оленя [106] .
106
Каждое из этих животных символизирует долголетие и процветание.
Не успела она дописать последнее слово, как кто-то безжалостно вырвал из ее рук учетную книгу.
Инло повернулась.
– Минъюй, что ты делаешь? – хмуро спросила она.
– Вести учетную книгу и записывать ценности всегда было моей работой! Не за свое ты дело взялась! – воскликнула Минъюй, вцепившись в книгу. Было видно, что без боя она сдаваться не собирается.
– Ее величество поручила это мне это, – сказала Инло.
Но у Минъюй уже было заготовлено оправдание.
– А ты императора не слышала? – не раздумывая брякнула она. – Тебе нужно выбрать пару-тройку вещей, которые понравятся вдовствующей императрице! А ты у нас прям так хорошо в ее вкусах разбираешься, да?
Инло на это не сказала ни слова, а Минъюй продолжила:
– Раз не разбираешься, так не мешайся! Чжэньчжу, давай дальше!
Бедная девочка совсем растерялась и с надеждой посмотрела на Инло.
Она думала, что Инло до последнего будет спорить, все-таки та даже императора не побоялась обругать. Но Инло лишь улыбнулась:
– Ох, я ведь совсем недавно во дворце. Откуда мне знать вкусы государевой матушки? Придется тебе этим заняться, Минъюй. Хорошенько все записывай и выбирай подарки для вдовствующей императрицы.
– Постой! – крикнула ей вслед Минъюй, когда та уже собралась уйти. Хоть она и отобрала у нее работу, но попыталась притвориться милостивой. – Нет нужды уходить. Здесь еще много дел. Можешь помочь мне с ними.
– Ох, пожалуй, откажусь, – сказала Инло. Она решила не принимать эти подачки, развернулась и двинулась к выходу. – Раз уж ты такая храбрая, я не посмею присваивать себе твои заслуги. Не переживай! Я скажу госпоже, что это все твоя заслуга!
«А я просто воспользуюсь подвернувшимся шансом и сделаю то, что давно собиралась.»