– Значит, пострадавшая сторона это они?

– А ты для себя забронировал местечко?

Бланк развернулся и вышел их кабинета.

– Тоже мне, ржавый патрон, - процедил сквозь зубы Бежон.
– Только и знает, что кулаками молотить. Здесь тебе не армия. Здесь пригибаться надо ниже.

6

Мегаполис Гиранта.

– Вот не повезло, - опять застонал сержант.
– Это же надо! В такой день!

– А какой сегодня день?
– спросил штатный охранник.

– Сегодня день рождения у моих девочек.

– У каких девочек?

– У дочерей. Они пригласили тучу гостей.

– А сколько их у тебя?

– Две.

– Они что, у тебя, близнецы?

– Да нет, четыре года разницы.

– Ну, ты и снайпер!
– удивился охранник.

– Да, - заулыбался полицейский.
– Я такой. Если это конечно я...

Оба засмеялись.

– Все равно выгодно, - уже серьезнее сказал охранник, когда улеглось веселье.
– В один день отпраздновали и забыли. И кто только придумал эти праздники?

– И кто только придумал эту работу?!

– Знал, куда шел. Что, больше никуда не принимали?

– Да нет, принимали. Еще можно было пойти на свалку, резать грузовики. Или на какой-нибудь завод.

– Видишь, там нужно было резать или обратно приваривать. А здесь, сидишь себе, ничего не делаешь, а кредитки считает.

– Точно, - опять заулыбался полицейский и немного успокоился.

В дежурке было тепло. На небольшом столике лежали пакеты с припасенной на ночь едой. В углу время от времени тихо побулькивал автомат, заправленный артезианской водой. Кондиционер с едва уловимым шорохом загонял в комнату свежий воздух. Несколько плоских экранов демонстрировали спартанскую простоту пустых, бетонных коридоров.

– Да, тихое у вас место, - опять подал голос сержант.
– У нас таких постов почти нет. Все время среди народа. За целый день до того примелькаются, что с ума можно сойти.

– А у нас здесь спокойно, как в могиле. Днем еще ничего. Клиенты заходят. Привозят, отвозят деньги в основное хранилище. А вот ночью... точно с ума можно сойти. Эти цифры, - он ткнул пальцем в настенные часы, замерзают и не хотят переключаться.

– Я вижу, везде хорошо.

– Терпеть можно, - скривился охранник.
– Жалко только что сюда не добивает ни телевизионный сигнал, ни даже радио. Я приносил приемник несколько раз, пробовал. Точно, как в могиле. Что ты хочешь, такая глубина.

– Сколько здесь?

– Тридцать метров. Так это здесь тридцать метров, а до основного хранилища еще пятнадцать. И все в скальном грунте.

– Интересно, как его выдолбили?

– Выжгли какой-то машиной, - равнодушно сообщил охранник.
– Кто-то говорил, что очень быстро.

На одном из экранов появился бредущий по коридору человек. Картинка дернулась - камера захватила подвижный объект и стала разворачиваться.

Полицейский инстинктивно взял в руки прислоненное к столу импульсное ружье.

– Это свои, - успокоил его старожил, - чужие здесь так просто не появляются. Это Марч из основного хранилища. Опять у них, наверное, что-то кончилось. Так просто они оттуда не поднимаются.

– Может, поднимем наших?
– спросил полицейский.
– Еще доложит, что здесь спят.

– Ничего страшного, пусть спят. Для чего, по-твоему, здесь устроили комнату отдыха? Он никому ничего не скажет.

Щелкнул автоматический замок. На пороге появился высокий, подтянутый мужчина с пластиковой канистрой в руках.

– Привет Холт, - поздоровался он и уставился на полицейского.

– Это сержант Фрайт. Прислали для усиления.

– Марч, - протянул руку мужчина с канистрой.

Они пожали друг другу руки.

– Ну, теперь можно ничего не бояться. С такой охраной!

– Ты что-то хотел?
– спросил Холт.

– Да, у нас кончилась вода. Я отцежу немного?

– Валяй, - разрешил старший по верхнему этажу подземелья.

Недовольно шипя автомат, выдал подряд двадцать пять порций. В нем чтото заурчало и забулькало. Водяному ящику экстремальная дойка явно не понравилась.

– Не скучайте тут без меня, - махнул на прощание рукой Марч.
– Спасибо за воду.

– Холодную не пейте! Еще простудитесь!
– предупредил старожил.

– Хорошо, мы подогреем!
– крикнул Марч уже из-за двери.
– Вы то же там сильно не напрягайтесь!

В наступившей тишине громко пискнули наручные часы. Холт глянул на настенные и облегченно сказал:

– Два часа ночи. Половину смены отбарабанили. Теперь должно быть легче. Пора будить новое поколение. Нужно хоть немного отдохнуть, а то завтра опять буду никакой.