Юноши остановились на небольшой полянке, стреножили и расседлали коней, сбросили походные сумки на землю. Баламут быстро собрал несколько хворостин, ударил пару раз тесалом о кремень, и вот уже запылал уютный костерок.

— Эх, красота, — сказал Баламут и потянулся, хрустнув всем телом. — Чуешь, княжич, водой пахнет.

— Чую, — соврал Алексей.

— И что это значит?

— Что рядом река или озеро? — спросил княжич.

— Нет, это значит, что тебе надо сходить к озеру, воды набрать.

— Почему я?

— А почему кто-то другой? Все бы тебе на других перекладывать, привык там, в княжьих хоромах, что за тобой носятся десять слуг только чтобы нос утирать. И ещё от трёх до пяти, чтобы вашей светлости помогать двери открывать. Привыкай ко взрослой самостоятельной жизни. Ещё потом спасибо скажешь.

— Я совсем не так жил, не было ничего такого! — возмутился княжич.

— Да мне-то не рассказывай, — отмахнулся Баламут. — Я на всей Руси первейший знаток княжеского образа жизни. Ну, как на исповеди, слуги перед тобой двери открывали?

— Открывали, — буркнул княжич.

— Вот так я и знал. Поэтому иди, давай, до первых звёзд иначе с тобой спорить будем, если раньше от жажды не помрём.

Ворча проклятья, Алексей взял котелок и побрёл к озеру.

— Да, — крикнул ему в спину Баламут, — и насчёт рыбы ещё там посмотри повнимательнее, будь молодцом, поймаешь, может, кого голыми руками.

Не прекращая ворчать, княжич продрался через кустарник и увидел перед собой зеркальную гладь гигантского озера, что спряталось от людских глаз, неподалёку от тропы. Он спустился на песчаный бережок и зачерпнул воды.

— Здравствуй, добрый молодец.

Алексей вздрогнул всем телом, будто его молнией ударило, и выронил котелок в воду.

По пояс в озере, упёршись локтями в притопленную корягу, подпирая кулачками щеки, на него смотрела девушка с гигантскими синими глазами. Не старше двадцати, длинные чёрные волосы, за левом ухом цветок кувшинки.

— З… Здравствуйте, — нервно сглотнув, ответил княжич.

— Здесь гости редко бывают, — сказала девушка. — Как тебя зовут?

— Алёша… Алексей, сын Владимира, князя псковского.

— Меня Анечка зовут.

— Приятно познакомиться, — ответил Алексей, до смерти стесняясь смотреть ей в глаза.

— Как ты оказался здесь? — спросила девушка.

— На подвиг ратный отправляюсь. А что вы здесь делаете, Аня? — спросил княжич.

Девушка вздохнула и пожала плечами.

— Живу я тут.

Из воды показался большой рыбий хвост, которым она игриво шлёпнула по озёрной глади, подняв мириад брызг.

— Ага. Понял. Я сейчас вернусь, — Алексей поднялся и на деревянных ногах поспешил назад в лагерь

— Баламут! — заорал он ещё издалека.

Наёмник, который успел удобно прилечь возле огня, заложив руки под голову и натянув шапку на глаза, неохотно приподнялся.

— Что опять случилось?

— Там женщина!

— Поспать тебе надо. Не существует никаких женщин, это сказки бабкины.

— Да точно тебе говорю, там женщина в озере.

— Ой-ой-ой.

Баламут с обеспокоенным выражением лица поднялся на ноги.

— Понимаю, друг, — сказал он, — не каждый день такое увидишь, но сам знаешь, все мы смертны, иногда и ещё не такие суровые вещи неповезёт встретить…

— Да нет, ты не понял, она живая!

— Ах, живая… Тьфу, ну чего тогда ты так всполошился, девушек что ли давно не видел? Сердечко юное затрепетало, как бабочка весной? Влюбился? Поиски Василисы отменяются, идём свататься к другой?

— У неё хвост! Рыбий! Самый настоящий!

— М-м-м. Хвост, значит, говоришь. Всё теперь понятно. Ты перед тем как русалку увидел, водичку из озера пил? Большей не пей.

Алексей скептически посмотрел на товарища.

— После всего, что мы видели за последние дни, — сказал он, — ты правда считаешь, что русалок не существует?

Баламут покивал, поджав губы.

— Да, справедливо, когда ты прав, ты прав. Пойдём, глянем на неё хоть.

Вдвоём они вернулись на берег озера, где Анечка всё так же сидела в воде, облокотившись на бревно.

— Приятнейшего дня вам, красавица. С моим другом вы уже успели познакомиться, а меня зовут Баламутом, всегда к вашим услугам.

— Анечка, — русалка приветственно помахала ему ладошкой.

Повисла неловкая пауза, Баламут кашлянул в кулак.

— Вы правда русалка? — спросил он. — Или у этого отважного витязя уже все мозги растрясло от долгой езды?