Генри передёрнуло.

– Чувство юмора у тебя чёрное, как моя жизнь.

– Что есть, то есть, - согласилась Жозефина.
– В нашем ремесле без чёрного юмора никуда. Но пирожки тут подают действительно с мясом. Ну что, не боишься?

– Подобный опыт работы у меня имеется, - с гордостью ответил Генри.

– Вот как? А мне-то казалось ты из благородных. Я-то надеялась, что ты мой переодетый принц, который спасёт меня от нищеты, а ты, оказывается, всего лишь маленький поварёнок? Ох-ох-ох, какое разочарование.

Она снова засмеялась, а Генри, сам не понимая почему, вновь покраснел, как варёный рак.

– Эй, дядюшка Мак, подойди сюда, - крикнула девушка.

Дядюшка Мак был толст, как надутый рыбий пузырь. Красные щёки и мясистый нос выдавали в нём любителя как следует выпить, а рыжие курчавые волосы торчали во все стороны, будто не расчёсывался он примерно никогда, что вкупе с сильной залысиной на макушке делало его круглую голову схожей с потрёпанной жизнью шваброй.

– Знакомьтесь, мальчики, этот красавчик - дядюшка Мак, хозяин этого прекрасного заведения, а это Генри. Он мой старый добрый друг, с которым я знакома уже тысячу лет и который очень нуждается в работе. Дядюшка Мак, будь зайчиком, приюти этого грязного цыплёнка к себе и не обижай его.

Жозефина кокетливо рассмеялась, а Мак надулся ещё больше, как петух, которого перехвалили.

– Так и быть, Жози, присмотрюсь к нему, раз уж ты просишь за него, монетка ты моя золотая.

– Ну, вот и чудненько, а мне пора возвращаться к работе, не скучайте, мальчики.

Жозефина послала им воздушный поцелуй и уплыла обратно, шелестя юбкой. Мужчины обернулись ей вслед, провожая взглядами её покачивающуюся круглую попку под облегающей юбкой.

– Хороша, чертовка, - сказал Мак и сердце Генри кольнуло ревностью.
– Ладно. Ну, так что, работка нужна? А то Жозефиночка же не шутила, работничков новых я и вправду ищу.

– Нужна, - буркнул Генри сквозь зубы, все ещё обуреваемый не пойми откуда взявшейся ревностью.

Мак будто и не заметил ничего.

– Вот и славно, вот и славно, приступай хоть сегодня, пойдём, покажу тебе всё.

Таверна «У дядюшки Мака» была в два этажа с чердаком, на улице огороженный дворик с десятком столиков, где толпился народ, торопливо что-то поедая, а со стороны перекрёстка дорог торчала странная пристройка с окошком.

– А это зачем? – спросил Генри.

– О-о-о, - дядюшка Мак снова надулся, - это моё личное изобретение, быстрая торговля едой.

– Чего?

– Ну, смотри, тут перекрёсток, движение оживлённое, народ снуёт туда-сюда, все спешат, так?

– Наверное…

– Точно так, а я придумал гениальную идею. Зачем тебе слезать с коня, или там, заводить повозку куда-то, где-то распрягать коней, то да сё, сколько возни да сутолоки? И ради чего? Чтобы покушать. В моей же таверне ты подъезжаешь к окошку, говоришь повару, что тебе надо и он тебе через окошко сразу выдаёт готовый заказ. Кушать можно не слезая с телеги. Если, конечно, никуда не торопишься. Если времени полно, тогда можно и внутри поесть. А? Ну гениально же, согласись?

– Да, что-то в этом есть, - согласился Генри.

Как бы быстро он не возненавидел из-за ревности этого человека, всё-таки стоило быть с ним повежливее, другой работёнки в этом маленьком городишке могло и не подвернуться, а уж всяко лучше в тепле, при еде, рядом с кухней, чем заниматься чёрт знает чем. Куда приятнее таскать подносы и стряпать, чем золотарём выгребные ямы вычерпывать или ползать по канализации, убивая крыс размером с телёнка.

– Так что, господин Мак, - как можно вежливее спросил Генри, - значит, там я и буду работать, подавать еду всем этим благородным господам?

Мак засмеялся и его могучее пузо затряслось, как студень.

– Это ещё заслужить надо, надо всю внутреннюю кухню этой работы понять, смекаешь? Пройти все её ступенечки с самого низу. Начнёшь, по первости, с самого простого, клянусь небом, - сказал дядюшка Мак.
– Обязанностей у тебя будет немного. Встанешь на рассвете, по-быстрому накормишь животных, приберёшь в курятнике, задашь водички и всё, валяйся дальше в кровати, хоть до завтрака. До завтрака, конечно, ещё замесишь тесто, натаскаешь воды, наколешь дров, уберёшь в зале, польёшь огород. И всё, спи-отдыхай, сколько влезет. Можешь даже позавтракать спокойно, какие проблемы? Никаких проблем, дорогой. После завтрака, конечно, придётся немного поработать, на готовке, на доставке, разноске и уборке, но сам понимаешь, надо же кровью и потом зарабатывать на хлеб насущный, так или не так, да? И всего делов.

– И всего делов, работы-то на пять минут, - печально отозвался Генри.

Дядюшка Мак сарказма явно не уловил.

– Ага, я и говорю, дел на два щелчка пальцами, но если будешь усердно драить сортир, клянусь богами - не пройдёт и десяти лет, как я повышу тебя до своего подмастерья и разрешу тебе драить полы в самой таверне.

Хозяин пошоркал пальцем по большому красному носу и одобряюще потрепал Генри по волосам.

– Звучит прекрасно, дядюшка Мак, жду не дождусь, - кисло сказал Генри.