– Передам, - кивнул Ворошилов.

– Теперь к тебе вопрос, Сергей, - повернулся Иосиф Виссарионович к Кирову.
– Как дела в Испании по линии НКВД?

– Товарищ Артузов достиг взаимопонимания с командованием Национальной Республиканской Гвардии, и они проводят совместные операции по ликвидации националистического подполья, - ответил Киров.
– С местными коммунистами вначале были определенные разногласия, но, думаю, что после событий на Пласа-Майор товарищ Пассионария будет более внимательно прислушиваться к советам товарища Артузова.

– А я слышал, что товарищ Артузов поссорился с премьер-министром Ларго?
– заметил Молотов.

– Да не то, чтобы поссорился, скорее - на место поставил, - заметил Киров.
– Чтобы господин премьер-министр не считал себя самым умным, а, наоборот, активнее прислушивался к нашим советникам.

– Это было так необходимо?
– продолжал допытываться Молотов.

– Сами посудите, Вячеслав Михайлович, - ответил Киров.
– Окопы он не одобряет, использование входящих в его профсоюзную организацию рабочих на строительстве укреплений не позволяет, а его предложение арестовать всех, подозреваемых в сочувствии националистам - это, вообще, за гранью добра и зла! Я, значит, уже два года внедряю в НКВД правовые методы работы, а он предлагает моим сотрудникам устроить тридцать седьмой год в отдельно взятом Мадриде! Нет, товарищ Артузов все сделал правильно!

– Может, вы и правы, Сергей Миронович, - задумчиво произнес Молотов.
– Но все же действия товарища Артузова могут заметно осложнить наши отношения с правительством Испанской республики.

– Я запросил в Осинформбюро справку по господину Ларго и выяснил, что премьер-министром ему осталось быть менее полугода, - сообщил Киров.
– В мае тридцать седьмого в Барселоне произойдет вооруженный конфликт между Республиканцами, после которого Франсиско Ларго Кабальеро будет смещен со всех постов в правительстве.

– А вот с этого момента поподробнее, - потребовал Сталин.
– Что за конфликт, кто участники?

– Это тот конфликт, о котором еще летом упоминал Максим, - напомнил Киров.
– Это в Волынском было, когда мы его орденом Красного Знамени наградили. Так вот, с одной стороны в конфликте примут участие Женералитет Каталонии, вставший на сторону республиканского правительства, Коммунистическая партия Испании и Объединенная социалистическая партия Каталонии. Против них выступят анархо-синдикалисты из Национальной Конфедерации Труда, Федерация Анархистов Иберии, а также Рабочая партия марксистского Единства. Конфликт произойдет из-за сущей мелочи, но быстро перерастет в полноценные боевые действия, которые будут продолжаться несколько дней и в ходе которых анархисты и их союзники из ПОУМ будут разгромлены.

– Да-да, припоминаю, - кивнул Сталин.
– Товарищ Белов еще говорил, что мы тогда повели себя неправильно. Скажи, Сергей, мы можем что-то сделать, чтобы не допустить этого конфликта?

– Боюсь, что нет, - покачал головой Киров.
– Там все началось с того, что морской министр Прието позвонил на телефонную станцию Барселоны и попросил соединить его с Женералитетом Каталонии, на что диспетчер ответил ему, что никакого Женералитета не существует, а есть только комитет обороны. Женералитет попытался разобраться в случившемся, но анархисты восприняли визит начальника полиции вкупе с двумя сотнями полицейских как попытку захвата станции и открыли огонь. Ну, а дальше все пошло по нарастающей...

Товарищ Слуцкий считает, и я с ним полностью согласен, что, даже если мы убедим президента Женералитета Компаниса не делать резких движений, что, кстати, будет не так уж и просто, это только отсрочит конфликт, а не предотвратит его. Появится другой повод и столкновение все равно произойдет, только случится это неожиданно, и, как это обычно бывает, в самый неподходящий для нас момент.

– Ну, что ж, если предотвратить конфликт мы не можем, значит, мы должны направить его в нужное для нас русло, - заключил Сталин.
– Как по-твоему, что для этого нужно?

– Иностранный отдел уже начал разрабатывать план операции, - ответил Киров.
– Основная идея в том, чтобы заставить Компаниса действовать более решительно, и - исключительно своими силами. Для этого ему нужно будет как-то договориться с умеренной частью анархистов и разогнать или уничтожить особо буйных. Также я хочу направить в Испанию дополнительный контингент войск НКВД, чтобы гарантировать разгром противников республики.

– Неплохая идея, Сергей, - согласился Сталин.
– И какого же размера контингент ты думаешь отправить?

– Думаю, батальон, - ответил Киров.
– Причем, одну роту в нем сформирую в соответствии с предложениями товарища Штерна. Заодно и опыта бойцы наберутся. Мне ведь тоже нужны толковые инструкторы!

– Прибавь еще нескольких специалистов из второй ШОН, пусть они займутся этими коммунистами-антисоветчиками из ПОУМ, - посоветовал Сталин.
– Только пусть они действуют не так грубо, как в той истории.

– Сработаем тоньше, - пообещал Киров.
– Максим упоминал, что ликвидация нескольких ключевых фигур способна надежно парализовать деятельность ПОУМ. Мы как раз и пытаемся разобраться, кого из их партийной верхушки необходимо убрать, а кого трогать не стоит.