А он-то полночи думал, что будет, если закрыть выхлопной вентиль на паровом котле? Раздастся взрыв или пронесет?

Взрыв превзошел все его ожидания. Брайан приподнялся с подушки и посмотрел на Патрисию. Зрелище и впрямь достойное внимания: не каждый день приходится видеть женщину, столкнувшуюся с тем, что ее тщательно продуманные и до ужаса коварные планы натолкнулись на крохотное, но непреодолимое препятствие, о котором она и подумать не могла: на мужчину.

Мужчину, а именно Брайана Лавджоя, которому хватило сообразительности открутить клеммы аккумулятора в джипе, перед тем как завалиться спать.

Мужчину, который сначала позволил ей думать, что она улизнула, а затем дернул за поводок.

Да, Патрисия явно не в себе: глаза пылают от гнева, щеки горят, губы тоже раскраснелись. Впрочем, и волосы претерпели Кое-какие изменения: они собраны сзади в аккуратный пучок, выгодно оттеняющий белизну ее кожи. Ну еще бы, она же думала, что поедет одна!

Брайан хмыкнул. Он был удовлетворен.

— Где он? Куда ты его засунул?

— А, мисс Кромптон! — Лицо Брайана расплылось в дружеской улыбке. — Доброе утро!

Если, конечно, — он дотянулся до часов, лежащих на ночном столике, — половину пятого можно считать утром. Ты говорила, что хочешь выехать пораньше, но мне и в голову не пришло, что до наступления зари.

— Надо же, отодрал!..

— Что с тобой, Пат? — спросил Брайан, не давая ей закончить, что он там отодрал. — Он знал, что преимущество на его стороне. Она может бесноваться сколько угодно, но без его помощи она бессильна. Жалко только, что ей взбрело в голову подняться так рано. Он бы еще соснул часок-другой. — Бессонница одолела?

Она с отвращением взглянула на него. Как же! Ведь он затронул больное место: поцелуй, который, вполне вероятно, лишил ее сна.

— Спасибо, я хорошо спала. Верни мне аккумулятор и можешь продолжать валяться в постели.

— Не знал, что спать хотя бы до семи утра противозаконно. Наверное, таковы местные законы. Так что там у тебя с аккумулятором? Кто-то его украл? — Удивительно, она, оказывается, знает, как устроен двигатель внутреннего сгорания.

— Не прикидывайся! Ты обо всем догадался! Прошлой ночью ты уже все знал. А все эти поцелуйчики, все эти «поговорим утром» — все это лишь для прикрытия. Ты знал!

— Сейчас утро, пусть и раннее, — рассудительно заметил Брайан, — и мы, как видишь, беседуем. Что же касается, как ты выразилась, поцелуйчиков, тут я и вправду грешен. Жаль, что тебе не понравилось. Но, конечно, в подобных вещах у тебя куда больше опыта! — Он нарочно пытался ее побольнее уколоть. Надо задеть ее как следует, пока она вне себя от злости. Иначе Патрисия снова как улитка спрячется в свою раковину. — Кстати, ты изменила прическу… Мне нравится! — подлил он горючего во вспыхнувший пожар.

— Плевать мне, что тебе нравится! — Она сверкнула на него глазами как дикая кошка. — По какому праву ты лезешь в мои планы?

Брайан улегся на спину, приподнялся на подушке и принял полулежачее положение. Подтянул к себе одеяло, чтобы оно не съехало на пол.

— А у тебя были какие-то планы?

— Ты прекрасно знаешь, что я задумала!

— Позволь догадаться. Отправиться на прогулку по острову, так? В одиночку? — Брайан сложил руки на затылке в замок и поцокал языком. — Пат, Пат… Это же не по правилам! Я обязан тебя сопровождать. Куда ты, туда и я. А тайком от меня сбегать никуда не годится. — Он осуждающе покачал головой. — Кстати, почему ты не попросила другую машину?

Патрисия застыла от изумления. Брайан понял: эта мысль и в голову ей не пришла. Она так рассвирепела, что потеряла всякую способность соображать.

— Откуда ты знаешь?

— Потому что ты бесишься из-за аккумулятора, а про то, что я нашел способ помешать тебе взять другой автомобиль, даже не упомянула.

— Что? Как это? Когда? Ты догадался, что…

— Естественно. Я же юрист и ложь чую за километр. Это называется профессиональный нюх.

— Я не лгала!..

— А еще я сходил проведать твоего приятеля из магазинчика. Знаешь, он продал мне точно такую же карту, как и тебе. И даже был настолько любезен, что отметил на ней, где именно расположена гробница. Ну как же иначе, ведь я дрожащим голосом молил его об этом: Боже, я был настолько неловок, что облил твою карту кофе!

У Патрисии отвисла челюсть.

— И ты еще меня обвиняешь во лжи!

— Я сказал ему, что ты позабыла, куда надо ехать.

— Здорово, — всплеснула Патрисия руками. Оказывается, я не только так глупа, что мои планы у тебя как на ладони, но и память у меня ни к черту!