«Выстрел в голову. Сложность «1». Навык владения огнестрельным оружием «105», — доложил «секретарь». То ли злорадствуя, то ли с облегчением.

Он и во время всех остальных сражений выдавал подобные справки, только каждая битва сопровождалась топотом, криком, пальбой и бряцаньем оружия, так что не до статистики было. А сейчас все происходило в полнейшей тишине. Вот я и обратил внимание.

— Бабах…

Пусть простит меня благородное животное, но с опытным воином да еще в такой броне я на равных сражаться не готов. Зато обратил внимание, что ни лука, ни самопала у гусара нет. Вот, пусть побегает за мной вельможный пан со своим шилом. Поглядим, как у него с легкой атлетикой.

А ничего, проворный попался. И с подстреленного коня ловко спрыгнул, и на меня с пикой наперевес бросился почти без паузы. Только я ведь тоже не спал. Пихнул лошадь коленями в бока и отъехал чуток. Еще метров на десять. Перезарядился не спеша и послал крылатому свинцовый гостинец. Промазал…

Передержал прицел или переволновался. Не суть… У меня еще целая дюжина зарядов. Для одного пана точно хватит.

И таки хватило. Следующим выстрелом ранил гусара в ногу. Ну а дальше… дело техники. Черт! Снова забыл о пленниках.

«Победа. Вами получено 198 талеров. Очки опыта «260». Вы нашли добычу «Боевой конь» Вы не можете использовать «Боевой конь». Требуются очки умения верховой езды «4». Вы освободили из плена юнит «Молодая крестьянка». Вы можете принять юнит в отряд или отпустить».

Прикольно. Вот это я понимаю. Ну все, теперь я непобедим. С таким-то воинством. Какое у нее оружие? Скалка для теста или сковорода? А, может, то самое, благодаря которому они завоевывают мужчин?

Крестьянка тем временем поднялась и отряхнула платье. Ничего. Действительно молодая. Я бы даже сказал «молоденькая». И симпатичная.

— Здравствуй, красавица. Ты из какой деревни?

Молчит. Немая что ли?

— Поймали тебя где? Дорогу обратно сама найдешь?

Ни гу-гу… Стоит, смотрит. Юбку разглаживает. Ну что ты будешь делать? Может, действительно с собой забрать? Не в отряд, конечно. В услужение… Жене Федота в помощь. Да и мне, если тут такая жизнь, собственные крестьяне не помешают… потом. Так чего тянуть? Вот прямо сейчас и начну собирать будущих подданных. С бора по сосенке.

— Со мной поедешь?

Кивнула.

— Ну, тогда запрыгивай позади меня… Или поперек, как прежде, привычнее? — не удержался от шутки.

Не проняло. Молча подвела ко мне добытого в бою коня. Примотала к седлу повод, а потом и сама запрыгнула. Как велено, сзади. Обняла за пояс, прижалась к спине. Теплая, мягкая… Сеном пахнет.

— Но, родная… Поехали.

«Деревня Полесье развивается. Жители относятся к вам дружелюбно. Бабы поговаривают, староста Михай с ума сошел. Бороду сбрил и усы подстригать стал».

Мой приезд заметили сразу. Не, с хлебом и солью никто не бросился, ковровые дорожки тоже не расстилали. Но и не как в первый раз. И детвора на площадь высыпала, и бабы, отложив на время домашнюю работу, к воротам да перелазам вышли.

Михай и в самом деле принарядился. Моложе с виду стал. Ой, не нравятся мне такие метаморфозы. Чует сердце, не к добру.

— Здорова, староста.

— И тебе низкий поклон, милостивец.

Староста и в самом деле трижды отвесил земной поклон.

— Это за что же?

— Так голубь еще вчера прилетел. С извещением, что налоги воевода нам на этот год прощает. Не трудно догадаться, чьими стараниями, сие чудо свершилось.

И Михай поклонился еще раз.

— Ладно, ладно… Сочтемся. У меня ведь к тебе тоже просьба имеется.

С тем, что по счетам платить надо и ничто в мире не происходит бесплатно, староста понимал и с таким положением вещей соглашался. Главное, не проторговаться. Поэтому вмиг построжел лицом, сосредоточился.

— Да. Конечно. Все что в наших силах, господин… Только денег почитай совсем не осталось. Как узнали добрую весть, так и потратились.

Во дает старый лис. Это куда ж ты ночью мошной трясти ходил? Ну да ладно, тем более, у меня вопрос не денежный.

— Успокойся. Денег не прошу. А сговоримся — еще и сам пару монет подброшу. На бедность.

Староста мигом посветлел ликом.

— К твоим услугам, милостивец.

— В поход собираюсь. Сынов твоих заберу, Федота-стрельца тоже. А женку его, да и вот еще… — указал на свою крестьянку. — Их у тебя оставить хочу. В Полесье. Найдешь, где поселить?

Староста молодел буквально на глазах. Похоже, не я ему, а он мне готов был платить за такую услугу.