Я пришпорил коня и поскакал наперерез.

«Мушкет!»

Прицелился в кучу преследователей и бабахнул. Стрельба на всем скаку совсем не то что с упора лежа, но в такую цель промахнуться сложно. Так что попал и я. Правда, в лошадь. Но тем ни менее, одним преследователем стало меньше.

Не осаживая коня, максимально быстро перезарядил и бабахнул еще разок, уже с гораздо меньшего расстояния. И вот как раз теперь промахнулся. Мне в плечо уткнулась татарская стрела. Глубоко не вошла, доспех защитил, но прицел сбила. Перезаряжать заново, не осталось времени.

«Пистоль!»

Джура пронесся мимо, а я дважды шарахнул прямо в рты, раззявленные в вопле: «Алла!».

Впечатлило. Башибузуки буквально вздыбили коней, сдерживая их на месте. И пока пытались понять, что случилось, я успел перезарядиться. Благородный пистоль не только стрелял кучно, но и заряжался вдвое быстрее мушкета.

— Бабах! Бабах!

Башибузуки взвыли от ужаса. Видимо, никогда прежде не встречали оружие, способное стрелять дважды. Уцелевшая пятерка завопила привычное: «Шайтан!», — и рванула прочь.

— Бабах! — это джура вернулся и послал татарам гостинца вслед. Попал. Но тоже в лошадь.

— Держись рядом и не лезь поперед батьки в пекло! — рявкнул я на него. Хлопец ничего не ответил. Да и не требовалось. Если до сих пор головы не потерял, то уж как-нибудь и дальше уцелеет.

Осмотрелся и остался доволен. По большому счету, бой можно было считать завершенным. Отдельные группы башибузуков там и сям еще пытались что-то предпринять, но больше из-за присущей им безбашенности, чем надежды на успех.

Мамай сменил коня, видимо, его был убит. А трупов вокруг казака валялось столько, что впору защитный вал возводить. Федот расстрелял весь боезапас и поменялся ролью с испанцем. Мушкетом Виктор владел похуже Стрельца, так что подпускал врагов поближе, но мимо пули тоже не клал.

Сестрички израсходовав стрелы, вооружились копьями и уверенно добивали спешенных врагов. Оксана по-прежнему держалась рядом и пару раз даже выстрелила. Видимо, из милосердия...

Короче, пишите письма мелким почерком... Пора и о себе подумать. Очки умений на дороге не валяются.

«Сабля!»

Перехватил ближайшего татарина, скорее всего даже не понимающего куда несется, и срубил его, усилив удар встречным движением. Потом — догнал еще одного... И еще одного... Четвертый свалился замертво от выстрела джуры, раньше чем я взмахнул саблей. Честно говоря, я о хлопце совсем забыл, а он — молодец: выполняет приказ, держится рядом. Вот только не удержался и таки высунулся вперед. Но за это я его ругать не буду. Стрелял не из-за спины. Отъехал чуть в сторону. Соображает, значит...

«Победа. Вы получили 764 талера. Вы получили «790» очков опыта. С отрядом разделено «446» очков опыта. Вы нашли составной татарский лук «урон колющем оружием 30». Часть ваших бойцов заслуживает повышения. К вам в отряд вступили московский дружинник и запорожский кавалерист»

Отлично. Осмотрим ряды...

Так. Повышение заработали оба джуры. Можно поднять их до новиков. Следующий уровень — казак. Здоровья побольше и удар сильнее. Годится. Не зря возился с парнями.

Дальше... Почти все мои ранены, но благодаря умениям Оксаны и Мамая, никто не смертельно и вскоре поправятся. В том числе и я. Оказывается, стрела все же залезла дальше, чем я думал, и крови вытекло изрядно. Ну, да теперь уж, неважно.

А вот новые бойцы порадовали. Дружинник, как с картины о трех богатырях. Стать, шишак, доспех с зерцалом. Усы, борода... Витязь, одним словом. Э, нет — витязем он станет на следующем уровне. Но статы и так неплохие. Хуже чем у амазонки, но получше моих.

И запорожский кавалерист вполне пригож. Лошадь породистая. Жупан с кольчугой. А умением стрелять верхом даже Федота за пояс заткнул. У Стрельца — «4», а у запорожца — «6»!

В общем, не знаю, мне так подфартило или это уже Оксана наворожила, но такой расклад мне нравится. Вот только в путь отправляться нельзя. Надо бивак разложить. Подлечится, подхарчиться, да и врага поверженного ошмонать со всей тщательностью. Сорок три налетчика наверняка не с пустыми руками были. А пока суть да дело, наверняка стемнеет.

* * *

Конь остановился, метров пятьдесят не доезжая к подножью этого холма. И как я не понукал, не сдвинулся с места ни на шаг. Всхрапывал, стриг ушами, а вперед не шел. В общем-то, будь я животным, тоже доверился бы инстинкту и повернул обратно. Плохо здесь было, стремно… Но в том и разница между людьми и животными, что они делают только то, что хотят, а мы — что должны или прикажут.

И хоть в этом мире мне никто не указ… Кроме собственного представления о чести и долге. Зато, как раз с ними, договориться труднее всего. Практически невозможно.