— Уверен, ждать осталось недолго, Павел Адамович.

Ожидание хуже всего. Вдвоем с генералом Плеве мы постоянно бросали взгляд на дверь, откуда приходили связисты. Время тянулось невероятно медленно, а в это время на полях сражений развернулся настоящий ад, в котором шаг за шагом по колено в крови Штурмовой корпус приносил нам победу. Поэтому, чтобы успокоить нервы, мы еще раз обговаривали все возможные проблемы и пути их решения.

Стремительно вошедший начальник связи споткнулся взглядом об мою фигуру и открыл было рот для стандартного вопроса о разрешении доложить начальнику Генштаба, но был остановлен движением руки.

— Ну же, не молчите, Генрих Васильевич, — не выдержал генерал Плеве, серьезно сдавший в последнее время.

— Штурмовой корпус прорвал вторую полосу обороны и по докладу генерала Каппеля готов к продолжению наступления. Что мне ему передать?

Несомненно, начало боевого пути Штурмового корпуса будет вписано золотыми буквами в нашу историю, а хищный двуглавый орел продолжит вселять страх во всех врагов Российской империи. Осталось только не наделать крупных ошибок на следующем этапе и, можно сказать, мы добились чего хотели.

Вопрос в последовательности принимаемых решений. Без прорыва оборона выверенным ударом большие массивы войск могут захлебнуться в крови, а без введения резервов мы можем потерять драгоценное время, пока штурмовики подготовятся к новому рывку. И что намного хуже понести тяжелые потери в своих элитных войсках. Поэтому я утвердительно кивнул начальнику Генштаба, когда он бросил на меня напряженный взгляд. Мы с ним давно уже все обговорили. Третья и последняя полоса обороны находилась на значительном расстоянии от первых двух, и тут уже не обойтись без задействования ударных армий.

— Свяжитесь с командующими ударными армиями и оповестите о начале общего наступления. Штурмовому корпусу отойти на отдых и быть готовыми к выполнению новых задач. И да поможет нам всем бог, — перекрестился генерал Плеве.

После того, как связисты с новыми шифровальными таблицами, введенными перед самым наступлением, отбили радиограммы, неповоротливая армейская структура начала свой разбег. Современными средствами связи трудно контролировать ход наступления в режиме реального времени, поэтому командиры на местах сами будут принимать нелегкие решения. Изрядно проредив генеральский состав и продвинув наверх решительных командиров, кто не боится осуждения и не теряется в боевой обстановке, я сделал все, что мог.

На самом деле выполнена грандиозная подготовительная работа. И теперь военные советники союзников воочию увидели возможности нашей армии и срочно писали донесения в свои страны. Русские пошли в наступление, да еще и ввели в бой новый вид войск! Сотни докладов разлетятся по столицам воюющих стран, и через некоторое время мы увидим аналог наших штурмовиков. Вот только главная тайна — не оружие и техника, а подготовка и тактика.

— Сколько времени противнику понадобится для точного определения места главного удара и перебросить туда германские части для поддержки? Учитывая время на погрузку, смену движения транспорта, передвижение, разгрузку и марш к месту прорыва.

— В этот момент ударные армии наносят скоординированный удар на нескольких направлениях, так что недели две, в лучшем случае месяц у нас есть, после чего сопротивление на главном направлении резко усилиться. Но и мы можем перенаправить войска в другое место, усиливая давление на тыловые службы противника. Так что в этом плане нам проще, — рассматривая карту, ответил начальник Генштаба. — Считаю, если мы не сможем опрокинуть австрийцев за лето, надо прекращать наступление и снова переходить к оборонительной стратегии.

В прошлой истории генерал Алексеев планировал основной удар нанести Западным фронтом, вспомогательный — Северным, а Южным — только демонстрационный. Командующие Северным и Западным фронтами — Куропаткин и Эверт, чьи-то злым умыслом смогли взлететь наверх. В итоге все пошло не так. Брусилов организовал свой прорыв и продолжал наступление до того момента, пока боевой потенциал полностью не иссяк.

Огромные потери ради жалкой сотни километров и отсутствие желания у солдат впредь участвовать в подобных мясорубках. Конечно, даже такой успех был лучше, чем у французов и германцев, где ради пары шагов умирали сотни тысяч. Но победив в одном сражении, Российская империя проиграла войну за умы и сердца солдат.

В быстрый выход Австро-Венгрии из войны я не верю. Немцы при необходимости возьмут под полный контроль своих главных союзников, причем скоро так и сделают. Но нанести ощутимый урон, что пошатнет веру австрийцев в возможность победы и начать процесс распада лоскутной империи мы волне можем. Отсюда и попытка прорыва по направлению к Кракову с дальнейшим выходом на территории современной Чехии и Словакии.

— Будем действовать по обстоятельствам. В ближайшие часы ничего не изменится, а вам надо набраться сил, Павел Адамович. Предлагаю посетить столовую.