— Ма-а-а! — тянут они ручки, и я уже готовлюсь принять двойной удар, но дети вдруг замечают Давида и показывают машинки ему.

— Что это? Тракторы? Вы присмотрели тракторы в детской комнате? Купим такие же.

Давид улыбается, бережно берет обоих на руки и садится с ними рядом.

За столом повисает короткая, но яркая пауза.

— Малыши сегодня особенно эмоциональны после перелета, — спокойно объясняет Давид архитектору. — И они слишком малы, чтобы остаться в номере с няней. Придется это учитывать, — он говорит доброжелательно, но бескомпромиссно.

Становится очевидно, что персона вечера сегодня не Эрик. И моя материнская часть расцветает.

— О, ничего страшного! — улыбается Ноэми. — Наши сыновья были точно такими же. Не успеешь оглянуться, как они начнут сначала разговаривать, а потом — молчать на любые вопросы!

Они с мужем понимающе переглядываются, и Эрик морщится, видимо, вспомнив какой-то эпизод. Ноэми ласково гладит его по плечу, давая поддержку, и я запоминаю эту движение. Они чудесная пара.

— Запас слов сужается до одного единственного — нормально, — поддакивает Эрик, и я смеюсь.

Их английский крайне простой, его несложно понимать. Кроме того итальянцы очень эмоциональны, активно подключают мимику.

Поначалу я по привычке дергаюсь, собираясь забрать у Давида детей и, тем самым, позволить всем поговорить, но Северянин неплохо справляется сам, поэтому я делаю пару глотков просекко и включаюсь в разговор. Спрашиваю, какого возраста их дети, мы даже немного обсуждаем беременность, роды и первые месяцы после.

Ноэми поначалу сыплет забавными искренними историями и я смеюсь!

А, закурив, начинает задавать вопросы мне. Здесь я могу отвечать честно и искренне, и это очень приятно. А когда Давид, проводив детей и няню обратно и вернувшись за стол, делает свой заказ, я вдруг оглядываюсь и замираю от мысли, как же хорошо. Спокойно. Безопасно.

Мы ужинаем, словно совершенно обычные люди.

С чистого листа начинают те, кому есть что скрывать. Я бросаю взгляд на Давида и думаю: мы оба здесь именно по этой причине. Будто чужеродные мазки на идеальном ландшафте этой прекрасной картины Монте-Карло Но, возможно, сам факт того, что мы оба живы и сейчас здесь, означает, что именно в этом раю нам и место?

— За жениха и невесту Раду и Давида! — поднимает бокал Ноэми.

— За прекрасную пару Ноэми и Эрика, — вторю я.

Мы чокаемся и делаем по глоточку. И я снова позволяю себе быть просто счастливой.

Когда я возвращаюсь из детской комнаты, Эрик показывает Давиду что-то на планшете.

— Все в порядке? — спрашивает мой жених, касается моей руки, словно соскучился за это время.

Одернуть ладонь — невежливо, и поглаживаю его в ответ.

— Да, но через полчаса я бы поехала в отель. Ты сможешь нас посадить в такси?

— Поедем вместе.

— Ты занят, все в порядке, я понимаю.

— У нас дружеская встреча с Эриком, мы сегодня ничего не решаем.

— Хорошо. Как скажешь.

Эрик тем временем раскрывает на планшете детализированные схемы:

— Я работаю только с натуральными материалами: камень, дерево и много панорамного стекла. Это позволит гостям максимально насладиться природой, не нарушая её гармонии.

Давид задумчиво кивает.

— Меня волнует один момент, — вклиниваюсь я. — У нас на участке очень чувствительная экосистема, водоохранная зона. Как насчет сточных вод? Я боюсь, что у нашего водоканала просто не хватит сил работать с таким отелем. Это нужно учитывать.

— Отличный вопрос, — одобрительно кивает Эрик. — Можно использовать современные очистные сооружения замкнутого цикла. Снизим воздействие на окружающую среду.

— Замкнутый цикл? — уточняет Давид, заинтересованно наклоняясь вперед.

— Да, сточные воды будут очищаться и повторно использоваться для технических нужд и полива, — объясняет архитектор. — Это не только экологично, но и экономично в долгосрочной перспективе.

— Это возможно? — поражаюсь я.

Дальше мы пробегаемся по освещению, приватности, даже солнечным батареям — Эрик предлагает сотрудничать с популярной компанией «Солар Энерджи», тем более, что регион у нас крайне солнечный. Меня настолько захватывает разговор, что, когда мы возвращаемся в отель, я никак не могу справиться с эмоциями!

Купаю детей, укладываю спать. А потом, накинув халат на ночнушку, выхожу на балкон. Они здесь большие, разделены невысокими стенками, и соседей видно прекрасно. Давид — устроился на балконе слева. Сидит в кресле, задумчиво курит.

Мы переглядываемся, после чего он отводит глаза в даль, на утопающую в огнях улицу. Я стою некоторое время, смотрю на него. Потом нарушаю молчание:

— Кажется, встреча прошла неплохо.

— Не то слово. Даже жаль, что придется выйти из проекта, и оставить все хитрому Гансу.