Давид быстро нетерпеливо качает головой, показывая, что даже не думал ни о чем таком, и что это глупости какие-то, и чтобы я не забивала ни себе ни заодно ему голову.

Узнаю Алтая, занятого делами. Он обсуждает какие-то вопросы с Гансом, полностью погружен в процесс. Ему в голову не могло пройти, что я могу кому-то не понравиться.

Я вспоминаю Ростислава с его лекцией про маму и дочку и ошибках, которые мне нельзя допускать. Я действовала по инструкции, и все проходило нормально. Наверное.

Давид считает, что это мир должен мне понравиться. Мы не задержимся в ресторане, если меня кто-то обидит. И ресторан там не задержится.

Я сглатываю. Давид хоть и выглядит бизнесменом, получившим блестящее воспитание, в глубине души остается южным бандитом, под девушку которого мир должен изволить прогнуться.

Дети одеты с иголочки. Я бросаю еще один взгляд в зеркало, дабы убедиться, что выгляжу прилично. Давид заканчивает разговор, и мы направляемся к выходу. Никаких напутствий он мне так и не делает. И мне отчего-то кажется, что он сделал их отцу.

Красоту ресторана отмечаю бегло. В начале отпуска я жадно изучала детали изумительной обстановки, иногда вызывающей, иногда скромной роскоши. Постоянно что-то фотографировала на память, но спустя три дня поняла, что все цвета, вкусы блюд и детали обслуживания смешались в голове в одну большую кучу. И даже по фото я не смогу воспроизвести без подготовки, где мы были, и что видели. Тут везде красиво и вкусно.

Поэтому я смотрю на людей.

Сергей Иванович занял для нас дальний столик, расположенный рядом с детской комнатой. Я замечаю его сразу — черный пиджак, широкие плечи, седая макушка. Рядом с ним молодая, лет тридцати, спутница — темное блестящее каре, синее коктейльное платье.

— Что думаешь? — говорит Давид, сканируя обстановку и игровую комнату. Бандитское прошлое не стереть, он по-прежнему тщательно изучает каждое помещение, в котором находится.

А вдруг, например, стрельба? Ага. Что ни день в Монако, то разборки.

— Я думаю, что в шестьдесят ты все еще не начнешь лысеть. Классно же! — киваю на его батю.

— Ха. Вот, значит, что тебя беспокоило?

Улыбаюсь.

— Ты так мило хмуришься. Едва-едва. Как будто совсем не злишься. Раньше всем вокруг было очевидно, что надо спасаться.

— Теперь для них это поздний сюрприз, — иронично поддерживает подкол он.

— У меня поначалу крыша чуть не поехала: не могла понять, вроде бы ты, но как будто нет! В том, как косметология меняет людей есть что-то дьявольское.

— К тому, при каких обстоятельствах мы встретились — дьявол точно приложил руку. Когда ты побледнела, у меня мир покачнулся.

У меня слегка сбивается дыхание.

— Ты планировал иначе?

— Я планировал иначе.

В этот момент нас замечает девушка Сергея Ивановича, поднимается и я ойкаю ее округлившемуся животику. Вслед за ней поднимается и Сергей Иванович, приветливо улыбается и машет.

— Девушка твоего отца в положении? — поражаюсь я.

— Это не его ребенок.

— А чей?

— Какого-то парня, с которым она полгода назад затерялась на серф-курорте в Португалии.

— Ой. Это неожиданный поворот.

— Она хотела ребенка, но у них пару лет не получалось. Вуаля.

— Твоему отцу же седьмой десяток, не мудрено.

— Для справки: Сергей официально «не в курсе» случившегося и, насколько мне известно, собирается признать этого ребенка своим.

— У тебя будет братик-португалец?

Давид натягивает неестественную улыбку.

— Вроде бы сестра-испанка.

— Вот это семья потомственных преподавателей Литвиновых.

— Добро пожаловать. — Мы как раз подходим близко, и Давид протягивает отцу руку, тот радостно ее пожимает. А потом крепко обнимает меня, расцеловывает в щеки да так смачно, что это могло бы стать поводом для ревности.

— Какая красавица! Дава, ты говорил, что Рада неотразима, но я не подозревал, что это действительно так и есть!

— Спасибо, приятно познакомиться, — говорю я, немного смутившись.

— С чего бы мне тебя обманывать? Таня, приветствую, — он чмокает в щеку счастливую беременную. — Моя невеста Рада. И ее дети Роман и Ярослав. Рада, это Таня, девушка моего отца. И, собственно, мой отец Сергей Иванович.

— Можно просто Сергей.

— Очень приятно, но не обещаю. — Неловко смеюсь. — И поздравляю вас от всей души! Дети — это большое счастье.

— Спасибо! — восклицает Таня, после чего мы обнимаемся.

Сергей Иванович знает, что это его единственные родные внуки и смотрит на мальчиков неотрывно.