Я не верю! В его остывшие чувства, внезапное равнодушие не верю!

Даю себе несколько минут на то, чтобы усмирить эмоции, включить логику, и, нащупав рукой телефон, печатаю ответ.

«Я не передумала»

«Зря» — пишет Леха и тут же присылает мне адрес и время.

Резко выдохнув, я убираю мобильник, закрываю глаза и, заплутав в своих мрачных мыслях, неожиданно засыпаю.

Снится бой. Он похож на сцены из фильмов, что иногда смотрит мой папа по вечерам. Свет прожекторов, свистки рефери, оскалившиеся физиономии орущих болельщиков и Лешка в центре ринга. Почему-то один.

Он весь в крови — его лицо, боксерские бинты на руках и одежда. Я смотрю на него и чувствую его боль так, словно это я там дралась, а не он.

Корчась от невыносимой муки, безмолвно рыдаю.

— Варя!.. — вдруг врывается в мой сон посторонний голос, — Проснись, Варька!

Я распахиваю глаза и натыкаюсь на перепуганный взгляд мамы. Положив руку на мой лоб, она сильно хмурится.

— Ты чего?

— Что случилось?.. — хриплю еле слышно.

— Ты металась и бормотала во сне.

— Я?..

— Не заболела случайно?.. Как себя чувствуешь?

Сев в кровати, я растираю лицо руками. Немного болит голова.

— Все нормально. Кошмар приснился.

— Ты Лешку звала? — говорит мама, — Это тот?.. Твой друг?

— Мне приснилось, что его избили.

— Ужас, — бормочет тихо себе под нос и выходит из комнаты.

Я падаю на спину, долго смотрю в потолок, а потом лезу в телефон. Прошло три часа, за окном уже темнеет, а сообщения от Али с временем и адресом так и нет.

Варя

— Вот, — поворачивается передо мной мама, — Нормально? Не выгляжу, как Капитоновна из бухгалтерии?

— Нет!

Ее волосы немного осветлили и укоротили пряди у лица, отчего овал стал четче, а шея стройнее.

— Да? — смотрит на свое отражение в зеркале и осторожно касается рукой новой прически, — Не слишком… вульгарно?

Склонив голову, смешно дует губы и хлопает ресницами. Вижу по глазам, что ей самой все нравится. Хочет моего подтверждения.

— Очень красиво, мама! — говорю чистую правду, — Цвет освежает и прическа молодит.

— Думаешь? Интересно, твой отец заметит?

— Не знаю, — смеюсь я, подперев плечом дверной косяк моей комнаты, — Это же наш папа. Мы для него всегда красивые.

Взволнованно вздохнув, мама зажигает в прихожей большой свет и продолжает рассматривать себя в зеркале.

Будь у меня сейчас свободное время и соответствующее настроение, я предложила бы ей надеть костюм, в котором она пойдет на свадьбу, и оценить образ целиком.

Но мои руки ходят ходуном, а под ложечкой противно сосет. Через полтора часа начнутся бои, а через тридцать минут мне уже следует выйти из дома.

— Может, пирог испечем? — предлагает вдруг, — Рыбный.

— Я сейчас ухожу…

— Куда? К Беломестным?

— Нет, с Ариной встречаюсь.

Погасив светильник, мама заходит в ванную, чтобы помыть руки, а потом идет на кухню.

— Допоздна будешь? — кричит оттуда.

— Не знаю, мам. Постараюсь не задерживаться.

Возвращаюсь к себе и распахиваю дверцы шкафа. Я понятия не имею, в чем ходят на такие мероприятия. Вряд ли в нарядных платьях и юбках. Нужно что-то более практичное и удобное.

Подтащив стул, я залезаю на него и быстро просматриваю содержимое верхней полки. На глаза попадаются бледно-голубые укороченные джинсы, которые я и выдергиваю из общей стопки. К ним надеваю белую майку с широкими лямками и достаю из коробки новые кеды, которые вряд ли поедут со мной в Лондон.

С волосами решаю не мучиться — тщательно расчесываю и собираю их в хвост. Затем слой туши на ресницы, блеска на губы и капля любимых духов на запястье.

Увидев в приложении уведомление о том, что такси приехало, целую маму в щеку и выбегаю из квартиры.

От Али адрес и время начала боев я так и не дождалась, но, черт возьми, почему я ни капли не удивлена? Устроившись на заднем сидении желто-белого седана, пишу ей сама.

«Привет. Я скоро подъеду. Ты на месте?»

Она прочитывает сразу, но отвечает только спустя несколько минут. Все это время я испытываю нечто, похожее на злорадство.

«Приветик, Варя. У тебя есть адрес? Я забыла тебе вчера отправить»