А поздно вечером Герен и Роши вместе провожали их на той самой скамейке в парке, где они увиделись впервые. Место оказалось весьма подходящим, чтобы сделать последние приготовления — снять плащи, что помогли им выйти из дворца не привлекая ненужного внимания, поправить грим и навести окончательный лоск.

Красавчик уже пришел в себя, перестал волком глядеть на Пепла и даже проникся важностью своей миссии — действительно, без визитки попасть в дом заместителя министра оказалось бы крайне затруднительно. И сейчас он с энтузиазмом и со знанием дела помогал Дари вносить завершающие штрихи в облачение бордельной девицы.

— Да прекращай уже меня там хватать! — в конце концов устал от экзекуции Пепел. — Продолжишь лапать — твои красотки приревнуют.

— Уймись, мелочь, и завидуй молча, — не остался в долгу парень. — Сейчас, последнюю ленту подколю…

А вот платьем Лаис Ретен занимался лично, не подпуская никого даже полюбоваться процессом.

Уголок сада, где они устроились, оказался весьма укромным. Густой кустарник, из которого еще и компостом отчетливо припахивало, не пользовался у посетителей особой популярностью. К тому же на ночь парк закрывался — для тех, кто не знал правильных лазеек. Роши знал, и знаниями своими с Пеплом щедро поделился. Плащи, тщательно свернутые, отправились поглубже в кусты дожидаться возвращения хозяев — под утро, не раньше. То есть получается, как раз через те самые лазейки.

— Удачи! — дружно пожелали им гвардейцы.

— Спасибо! Понадобится, — махнул в ответ Ретен, и повел своих разряженных по всем правилам «мамзелей» к стоянке экипажей.

Перед черным ходом дома господина Ставена происходило столпотворение. Оно же, в общем, происходило и перед парадным — но оттуда экипажи один за другим уезжали, увозя с праздника официальных гостей. А здесь наоборот, коляски все прибывали и прибывали, доставляя в дом заместителя министра «цветочки» не только редкостной красоты, но и столь же редкостной сговорчивости. Теперь уже для украшения его неофициальной части. Судя по пышному букету, ночь юбилея этого достойного члена общества действительно обещала стать незабываемой.

Еще один подъехавший экипаж с выпорхнувшими из него двумя свеженькими бутончиками, да еще и под персональной охраной, тоже не остался незамеченным.

— Эй, вы кто такие? — наголо бритый детина, распоряжавшийся здесь всем, тут же заступил им дорогу. — А ну пошли вон, конкуренты нам тут нахрен не нужны.

Ретен, тщательно и подробно проинструктированный Пеплом, смачно сплюнул на мостовую и небрежным тоном произнес:

— Мы вам не конкуренты, зря не дергайся. Мы здесь вообще проездом. Просто чуток поиздержались, ну и… Хотелось бы исправить положение. Вот, — он протянул ему визитку, со всем возможным старанием разрисованную Дари.

— Ага, ну так бы сразу и сказали, — едва рассмотрев штриховку, парень полностью изменил тон. — Чего голову морочили? Пойдемте. Но рассчитывайте только на чаевые, платить я вам не буду.

— Хорошо, — не стал спорить Ретен. — Спасибо и на том.

— А вот с этой, — лысый ткнул пальцем в Пепла, — я чуть позже сам прогуляюсь. Проверю, так сказать, качество.

— Утром, — Дари тоже решил обойтись без споров. — Когда клиенты разъедутся. А пока не мешай работать, тем более, что платить нам не собираешься.

— Ух ты какая… работящая, — восхитился тот. — Ладно, если хорошо обслужишь, перепадет кое-что. Можешь на меня рассчитывать.

— А уж тебе-то как перепадет, — негромко, чтобы не услышали, протянул мальчишка, и тут же с улыбочкой помахал ему ручкой. — Охренеешь, ручаюсь.

Оказавшись в переполненной народом гостиной, Пепел сразу вычислил нужный им «объект»:

— Ага, вон он, наш бесценный господин Остарн. И уже занят, демоны его задери!

Вокруг личного помощника министра вились сразу три «бабочки» и еще парочка целеустремленно намечала траекторию подлета.

— А он тут популярен, — оценила расклад Лаис.

— Ничего, справимся, — тряхнул накладными локонами мальчишка. — Так, папенька, тебе уже пора в сад, не маячь тут, не распугивай клиентов. А ты сестричка, готовься перехватывать нашего и только нашего господина личного помощника — сейчас я тебе там поле расчищу.

После чего рысью вернулся ко входу и нашел давешнего громилу:

— Эй, красавчик, — махнул он ему рукой, — звать то тебя как? А то вдруг потом не найду?

— Памеш, куколка, — охотно откликнулся тот, — но я тебя и сам найду, не переживай. А если что, просто спроси главного.

— И почему я так и думал? — сам себе криво усмехнулся Пепел, впрочем быстро трансформируя гримасу в обольстительный и многообещающий оскал: — Увидимся, котик. Не скучай пока.

А через пару минут его бодрый голос раздавался уже возле Остарна. Вернее, возле обложивших его почитательниц:

— Так, козы, вы чего тут столпились, а? Памеш велел передать, чтобы все прямо сейчас расползлись по залу и занимались клиентами — люди недовольны.

— А ты кто такая, вообще? — попыталась было возмутиться фигуристая брюнетка, но развить тему ей не дали.