— Что ты сказал?

— Ага — кивнул я — То что ты слышал. Повторять не хочу — иначе вернусь в барак и просто добью его. Я бы и убил, честно говоря, но работу пока терять не хочется.

— Клюг — повторил Атаульпа и медленно кивнул — Я проверю твои слова. Свидетели есть?

— Смотря кто спрашивать будет.

— Я буду.

— Тогда найдутся. Все любят пресмыкаться перед бваной…

— Хватит юморить, Ба-ар! И вот тебе мои новости — сегодня вечером отправляешься со мной на ночное сопровождение грузов.

— Не — отказался я и забросив в рот ложку перченных бобов, чавкающе добавил — Мне и на той засранной дискотеке неплохо. Стоишь, пьешь пиво, бьешь морды всяким упыркам, а потом в родной барак и спа-а-ать… Так что со всеми этими сопровождениями без меня.

— А я тебя не спрашиваю — буркнул Атаульпа и резко поднялся из-за стола, бросив вилку — Вечером в десять сбор на барже у первого внутреннего пирса. И чтобы не опаздывал! Понял?

— Почему я?

— Видел тебя в паре драк, когда ты тех самых упырков жизни учил. Видел как ты выбивал ножи из рук и одному чуть обрез в жопу не засунул.

— Да я бы и засунул — но он так предвкушающе застонал, что я передумал.

— Вечером в десять. На барже у первого внутреннего — бросил Атаульпа и пошел к выходу — Ты меня услышал!

Привстав, я склонился в поклоне, тяня к себе его поднос с кучей калорий:

— Да, бвана!

— Дон Атаульпа! Запомни уже!

Глава пятая.

Ночная Церра одуряюще пахла цветами, застоявшейся в руинах гнилой водой, гнилью и фекалиями. Впрочем, она так всегда пахла, но ночью без обычного шума и столпотворения эти запахи ощущались куда резче. По перекатывающемуся пологими волнами лунному зеркалу сдавленной зданиями водной артерии шло три судна. Там впереди напряженно орали, обсуждая постельное поведение распутной матери заснувшего лебедочника там на крыше. Я протяжно зевал, удобно устроившись на сырых бочонках.

Сопровождение грузов делом было безмятежным и сонным — во всяком случае для охранников.

А остальным приходилось носиться с потными жопами, таская мокрые канаты; надсадно вопить, чтобы доораться до дежурящих рядом с лебедками на крышах гоблинов; работать шестами, отпихиваясь от вязкого дна и склизких стен…

Всего в ночном конвое было две лебедочные малые баржи и одна похрюкивающая древним движком самоходная посудина, гордо занявшая место лидера там впереди. А мне досталось позиция на корме задней баржи — в самую жопу в общем поставили новичка. И как меня предупредила одноглазая красавица мулатка со шрамом на половину частично парализованного лица, здесь было реально опасно и расслабляться не стоит. Свой глаз она потеряла именно на такой работенке вместе с левой бровью, двумя пальцами на правой ноге и тогдашним парнем — но последнего не жалко, потому что он хоть и был трахарь знатный, но большую часть сил тратил на другую девку — с кожей посветлее и жопой побольше. Все это она рассказывала, укрывшись среди бочонков куда глубже меня, специально сдвинув для этого парочку из них, чтобы создать себе укрытие. Уточнив маршрут, я прикинул протяженность пути и… создал себе точно такое же укрытие среди груза. Жуя не парализованной частью рта длинную мясную полосу, с хлюпаньем втягивая ее в себя и роняя слюну на привлекшую мое внимание серую футболку, она продолжала монотонно говорить и говорить, даже не проверяя слушают ее или нет. При этом она была начеку, то и дело привставая, оглядываясь и снова падая в свое импровизированное ложе — а ведь мы все еще были почти в центре Церры. В локтевом сгибе левой руки она зажимала обмотанный тряпками длинный предмет, а правую ладонь придерживая на рукояти длинного мачете с широким толстым лезвием и реально охрененной заточкой. Я это знал, потому что мне выдали точно такой же мачете и добавили к нему багор с острием и отходящим от него крюком. А вот замотанный в тряпки предмет мне не дали. Обидно… обделили гоблина. Там ведь либо обрез, либо обрез, а может там обрез, да и пахнет обрезом…

Баржи были загружены прямо у причалов дона Кабреро, там же были полита земля в кадках с растениями на носу и мне бы посрать на эту мелочь, но поливать поручили мне и пришлось тратить энергию на беготню с ведрами — и как далеко я ушел от заданий с серой слизью? Остальное время все пятнадцать бойцов зевали и наблюдали за работой умелых грузчиков, работавших так быстро, что еще чуть-чуть и можно давать премию за открытие потной телепортации. Как только запряженные быками опустевший повозки двинулись прочь, двое мрачных громил открыли трехметровой длины дощатый ящик, подошедший к ним дон Атаульпа подозвал нас и быстро раздал каждому оружие. Мне достался багор и тесак. «Старичкам» явно посчастливилось куда больше, хотя тут хрен угадаешь — хоть и понятно, что им пушки раздали, но каждая замотана в тряпье. Не определить тип и модель. Нет понятно, что мне тут никто не верит, но я гоблин завистливый и подозрительный. Мало того что обделили, так еще мыслишка закралась нехорошая — а нет ли среди числа выданных огнестрелов и того, что я выложил на стол в кабинете дона Кабреро, чтоб ему делали регулярный массаж простаты щетинистыми подбородками подручных…

— А мне обрез не дадут? — не выдержал я, прервав унылый монолог полупьяной одноглазой мулатки, что уже минут так пять пыталась выдавить на левой сиське огромный фурункул.

Прекратив мусолить гнойный шар, он вытерла пальцы о майку и удивленно покачала головой:

— Ну ты очнулся, эсе! Еще бы завтра попросил!

— А попроси я сегодня — дали бы? Что-нибудь классическое и полированным прикладом…

— Хер бы тебе полированный пососать дали, а не обрез! — она хрипло захохотала, ударяясь затылком о бочонки.

— Вот как ты оружие получила — понимающе кивнул я — Рот хоть прополоскала?

— Пендехо! — привстав, она вылила из обмякшей половины рта бурую массу себе на майку, чуть подумала и вернулась обратно в расслабленное состояние — Да пошел ты, каброн! Строишь тут из себя… не беси меня! И помни кто тут главный.

— Ты — босс в жопе задней баржи– кивнул я — Меня предупредили.

На каждую баржу было по пять охранников. По двое на носу и корме и еще по одному на грузе в центре. Это не считая шестерых членов команды. На головном судне народу было побольше, там же чилил дон Атаульпа. И туда же занесли большой и явно тяжелый ящик — раз несли его аж вчетвером и пригибаясь.

— Ты босс — повторил я.

— То-то же — удовлетворенно пробормотала мулатка, не уловив сарказма.

Она затихла, но мне было как-то скучно, и я добавил:

— Раз ты босс…

— Ну?

— Могла бы и на двоих обрезов насосать! Чего вполсилы жвалами работать?

— Ах ты сука потная!

— Да я споласкивался…

— Печень отобью!

— Стоп! — подняв ладонь, я остановил очередной вялый порыв девки доказать кто тут главный — Я ведь серьезно — какого хера мне вручили какое-то копье, а не огнестрел? Как я этой хренью от стрелков чужих отмахаюсь? Пули на лету отбивать не умею — разве что твой лоб сумею подставить под свинцовый зов судьбы…