Я ещё раз осмотрел пространство вокруг. Люди, эльфы, тари, асу, аму, кое-кто из полуразумных пещерных видов, которые в Доминионе считались монстрами.

— Они… ты что же, ничего не чувствуешь? — не поверила собственным словам Нефтис. Лицо девушки ещё больше побледнело, сделав похожей на призрака.

— Когда они приносили жертвы — чувствовала. Было забавно. А потом стало скучно. Вот решила тебе показать. Знаю, ты любишь такие истории.

— Алииса… — на лице у богини проступили светящиеся бирюзовые слёзы. — Что бы ты чувствовала, если бы умерла я или Теф? Или… наши мама и папа…

— Интересный вопрос, — задумалась младшая.

— Ты… ты чудовище, сестра… Почему ты продолжаешь всё это делать? За что ты так поступаешь с ними?

— Ты единственная, кто знает мой секрет, Неффи. Если ты расскажешь маме, об этом, она меня точно изолирует и запечатает в чаше. Тогда всё это прекратится.

— Если бы я хотела, то рассказала бы ещё во время того случая с котятами.

— Ой, это всего лишь звери… я их крики уже переросла. Хотя, звери священные, так что может запечатала бы и за них.

Нефтис покачала головой.

— Сестра… — старшая обняла младшую и крепко прижала к себе. — С тобой что-то не так, но мы справимся. Ты всегда можешь обратиться ко мне. Я не оставлю тебя, Лиис…

Младшая с отвращением оттолкнула старшую.

— Не прикасайся! — её аж перекосило от отвращения. — Мерзость!

А отстранившись, презрительно бросила:

— Нельзя вернуть то, чего нет, тупая ты овца… но она мне и не нужна, догоняешь? Я уже нашла способ сделать жизнь ещё интересней. Хотя твою идею тоже надо бы как-то опробовать.

— Мою идею…? — не поняла наивное божество.

— Мне вот интересно. Сдашь ли ты меня, если я скажу, что однажды найду способ вскрыть и твою душу?

— Ты — моя сестра, Алииса. Я никогда тебя не брошу. И найду способ вылечить тебя… Я найду способ вернуть тебе способность к эмпатии!

11. Аспекты

Я очнулся от сна под серым деревом. Сверху всё ещё моросил дождь, а в памяти стояли образы божественных дочерей. Бесконечно наивной Нефтис и её бесконечно жестокой сестры.

Капли стекали по лицу. Красная мантия промокла, а ниже пояса была ещё и грязной. Когда я сюда шёл, не сильно смотрел по сторонам.

Это было первое за много дней утро, в которое я не чувствовал неконтролируемого ужаса проклятой стихии. Я с удивлением осознавал, что полностью себя контролирую. Мысли текли спокойно и ровно, как у нормального человека.

Мне не хотелось никого убивать, я не рвался в Мельхиор, не думал кругами об одном и том же. Будто самый обычный человек со здоровой психикой.

Захотелось смеяться от радости.

Я и забыл, каково это — быть нормальным.

Под действием зелий, лекарств и магии ощущения совсем не те. Будто ты наблюдаешь за собой отстранённо и даже не совсем в своём теле.

Но сейчас…

— Неф? — обратился я к божеству. Причина моего хорошего самочувствия могла быть только одна.

— Да, Синаэль. Я здесь, — произнесла она в моём сознании.

— Это надолго? Что ты сделала?

— Моя сила и связь с Покоем стала выше. Теперь любое влияние моего аспекта в твоих руках будет намного сильней.

— Ясно, — я чуть сник. Глупо, конечно, надеяться, что пустота исчезнет сама собой.

Открыл инфо и изучил свои параметры. Дебафов от проклятой стихии не было. В остальном — всё по-старому.

Мана восстанавливалась. Взглянул на дерево и благодаря навыку контроля понял, что она идёт от него. Проблема с отсутствием магии решена. Теперь построить портал и уйти отсюда будет не сложно. Лишь бы только все были целы.

Выходит, Орден Тиши — нам не враг?

Благодаря тому, что я здесь оказался, я смог собрать ещё один осколок души Нефтис. Но вопросов оставалась — уйма. Например, как он вообще здесь оказался. Готов поспорить, разработчики точно в простую стрелялку с зомби столь сложных механик бы не встраивали. Здесь вообще не было параметров веры и маны — я их вижу в здешней системе лишь благодаря дополнениям моего астрального контракта.

На ногах спала Искра. Пещерная мантикора тоже поняла, что я проснулся. И даже ощутила, что я уже чувствую себя лучше. А потому подошла ближе, чтобы шершавым языком лизнуть меня в лицо.

Пришлось отстраниться. Процедура даже в её детстве была сомнительной с учётом шипов на языке зверя.

Почесав её за ухом, я открыл инвентарь и достал кусок мяса мантикоре, и та заурчала, лакомясь своим завтраком.

— Можешь подойти, Филин, — сказал я с улыбкой в сторону тени фрезии.

Мрачная тень, пошатываясь, вышла из под навеса через выломанную дверь. Тела зомби никто не убирал, так что пол был покрыт вываренными останками. Так себе зрелище.