Шрифт:
Не мудрствуя лукаво, Евгений Румянцев решил провести ликвидацию Бронштейна прямо на квартире последнего, благо тот жил один. Румянцев тщательно изучил привычки приговоренного, его распорядок дня и пришел к выводу, что лучше всего действовать в воскресенье утром. В это время Сергей Геннадьевич обычно стряпал свою писанину, никуда из дома не отлучался и гостей не принимал. Около одиннадцати часов Румянцев подошел к квартире Бронштейна, без особых проблем открыл отмычкой дверь и осторожно проник вовнутрь. Из комнаты доносился визгливый голос журналиста.
«Неужто я ошибся в расчетах и у него кто-то есть?!» – в первое мгновение подумал Евгений, однако тут же убедился в обратном. Голоса другого собеседника слышно не было. Сергей Геннадьевич разговаривал по телефону. Румянцев вытащил из кармана пистолет (план действий он продумал заранее) и шагнул в комнату.
Господин Бронштейн стоял спиной к двери, обхватив затылок руками, и казался чем-то расстроенным. Хлипкие плечи ссутулились. Туго обтянутый штанами пухлый зад мелко подрагивал.
– Обернись! – властно приказал Евгений. – И не вздумай шуметь. Убью!
Журналист завороженно уставился в черное дуло «ТТ».
– Не с-с-стреляйте! – проблеял он. – Б-б-бе-рите д-де-нь-ги, з-з-золото!!! Б-б-бе-рите все!
– Деньги мне не нужны, – покачал головой Румянцев.
– А к-к-кто в-вы?!!
– Поклонник твоего литературного таланта. За автографом пришел. Садись за стол, бери ручку, бумагу и пиши!
– Ч-что?!!
– Я продиктую. Итак, приступим: «В каждом из нас действует Люцифер, чтобы произвести нас в состояние совершенства, – сверившись с бумажкой, начал Румянцев. – Когда мы вступим в новый век, век человеческого совершенства, то любой из нас каким-то способом придет к моменту, именуемому посвящением Люциферу. Это – особые врата, через которые надо пройти, дабы целиком войти в свет его совершенства...» [8]
8
Здесь Румянцев дословно цитирует Дэвида Спенглера, одного из главных руководителей движения «Новый век» («Нью Эйдж») и директора первого его центра. Вышеприведенная цитата яснее ясного показывает подлинные цели движения.
Сергей Геннадьевич послушно писал, но с каждой секундой глаза его все больше и больше округлялись от изумления, пока не сделались наподобие рачьих. Незваный гость слово в слово повторял известное высказывание одного из руководителей движения «Новый век», глубоко чтимого господином Бронштейном.
– Так ты наш! – встрепенулся он. – Но почему пистолет?!! Что за дурацкие шутки?!!
– Заткнись! – отрезал Евгений, передергивая затвор. – Прикуси язык и пиши дальше. «Я, Сергей Бронштейн, эти ворота сегодня нашел!» Число, подпись. Теперь оставь бумагу на столе и подойди ко мне...
Обалдевший, выбитый из колеи журналист беспрекословно подчинился. Коротким ударом в челюсть Румянцев привел его в бессознательное состояние. Натянул резиновые перчатки, настежь распахнул окно и швырнул бесчувственное тело вниз с двенадцатого этажа.
«Чистая работа, – удовлетворенно подумал он. – Даже прощальная записка самоубийцы в наличии имеется. [9] Не подкопаешься!..»
Глава 6
9
Последователи сатанинских культов действительно часто заканчивают жизнь ритуальным самоубийством, именуя это «посвящением Люциферу».
– Фигура серьезная, не чета мелкой сошке типа Бронштейна, Рукосуева и им подобным. Дэвид Симпсон (он же уроженец города Одессы Давид Симкин) – гражданин США, хозяин крупной американской фирмы, действующей на территории России, масон высокой степени посвящения и глава якобы благотворительного фонда. Через Симпсона идет финансирование сатанинских сект и деструктивных антихристианских движений (в том числе «Нового века»). Помимо прочего, он скупает на корню некоторые средства массовой информации. С какой целью, думаю, объяснять не надо! – В голосе Никитина ощущалась плохо скрытая ненависть. Обычно спокойный, уравновешенный, сейчас он казался сильно возбужденным. Губы побелели, руки сжимались в кулаки, в синих глазах вспыхивали молнии. Все трое собрались на квартире у Никитина вокруг стола, на котором стояли чашки с давно остывшим чаем, тарелка с нетронутым печеньем и доверху забитая окурками пепельница. За окном подвывал холодный ветер и остервенело швырял в стекло мелкие, колючие снежинки. В комнате, освещенной одним лишь торшером, царил мягкий полумрак. Возле электрического камина дремал, свернувшись клубочком, маленький худой котенок, подобранный Андреем на улице два часа назад. Овчарка Рита настороженно косилась на новичка, однако враждебности не проявляла. – Симпсон чрезвычайно хитер, осторожен и не скупится на обеспечение безопасности собственной «драгоценной» персоны, – продолжал Никитин. – Охрана на высшем уровне. Подобраться к гаду крайне сложно. – Андрей прикурил очередную сигарету.
– Какой из вариантов ликвидации ты предлагаешь? – поинтересовался Коршунов. – Я так думаю, «самоубийство» отпадает?
– Правильно, – кивнул Никитин. – Возле него слишком много народа.
– А «несчастный случай», например, автомобильная катастрофа? – предложил Румянцев.
– Технически это можно устроить. Особых проблем я тут не вижу, – медленно произнес Андрей, – но... есть одно «но». Видишь ли, Женя, господин Симпсон сам за руль не садится. Значит, вместе с ним придется угробить шофера. Я навел справки. Парень чист. Даже не подозревает, какую тварь возит. Наша задача – очищать общество от человеческой пакости, но мы не должны превращаться в заурядных убийц...
Некоторое время все молчали.
– Ты абсолютно прав, – вымолвил наконец Коршунов. – Попробуем похищение и бесследное исчезновение.
– Да, – согласился Никитин. – Тем паче его предсмертная исповедь представляет огромный интерес. Правда, я не уверен, что похищение пройдет гладко. Сердце чует неладное. – На лбу Андрея пролегли глубокие морщины, взгляд помрачнел. – Ладно! – встряхнув головой, натянуто улыбнулся он. – Чему быть, того не миновать! Даст Бог, справимся! Субботу и воскресенье господин Симпсон проводит в своей загородной резиденции, приблизительно в тридцати километрах от Кольцевой дороги. Местность я изучил. Систему охраны тоже. Помимо вооруженных охранников, дом защищен различными техническими приспособлениями, но их мы сумеем нейтрализовать, хотя и придется немного попотеть. Мы должны захватить Симпсона живым, однако, если операция пойдет не по плану, нужно любой ценой его уничтожить. Повторяю – любой ценой! Этот мерзавец – настоящий генератор зла! С телохранителями не церемоньтесь! В отличие от шоферов, секретарей и прочих рядовых сотрудников фирмы они те еще козлы! По уши в дерьме увязли!