– Фредерик… – принялась она, наконец, умолять его, чуть ли не рыдая. – Пожалуйста!

– Все, что вы пожелаете, крошка, – выдохнул он, захватывая губами ее нежную плоть, посасывая и подвигая к завершению.

Потрясенная до сих пор неизведанным наслаждением, Порция вскрикнула и опрокинулась на постель. Все ее тело содрогалось. Она пыталась придти в себя и восстановить ритм дыхания. Фредерик поднялся на ноги и на мгновение позволил себе восторг созерцания этого прелестного тела, простертого на кровати.

С волосами цвета воронова крыла, разметавшимися по одеялу, и лицом, разрумянившимся от страсти, одетая только в тонкую сорочку она еще никогда не казалась ему такой прекрасной.

Его плоть пульсировала желанием, когда он прижался к ткани ее сорочки. Никогда в жизни он не испытывал такого болезненного желания и возбуждения. Черт бы побрал все на свете! Играть роль наставника, а не любовника было нелегким делом.

Он сознавал, что если в ближайшем будущем не испытает облегчения, то попадет в сумасшедший дом, в Бедлам.

Потом веки Порции затрепетали и медленно поднялись, и в глазах ее появилось изумленное и недоумевающее выражение, что несколько облегчило его напряжение.

С легкой улыбкой Фредерик забрался в постель и привлек Порцию к себе, зарывшись лицом в ее благоухающие розами волосы.

Будут еще ночи, мысленно пообещал он себе. Будут ночи, когда она настолько проникнется доверием к нему, что отдаст себя добровольно.

А до тех пор он будет с радостью принимать все, что она будет согласна ему предложить.

Порция парила в облаке наслаждения. Пощады! Никогда она даже и мечтать не смела о таких восхитительных ощущениях. И конечно, не потому, что джентльмен прильнул губами к развилке между ее ногами.

В этом было нечто греховное и одновременно прекрасное, порочное, но сладостное.

Самым удивительным было то, что она не испытывала страха перед тем, что ее жизнь способна рухнуть и погрузиться в какой-то чудовищный кошмар, ниспосланный ей за ее грехи.

Вместо этого в сильных объятиях Фредерика она испытывала светлое чувство удовлетворения и почти немыслимой теплоты. В это мгновение она была совершенно уверена в том, что готова лежать в его объятиях целую вечность.

Прошли долгие минуты, пока Фредерик нежно не провел пальцем по ее щеке.

– Порция…

– Ммм?

– Не взглянете на меня?

Его палец скользнул под подбородок Порции и приподнял ее лицо.

Она с необычайной живостью отреагировала на его обнаженное тело. Халат с него свалился, открыв для обозрения достаточно широкое пространство бледно-золотистой кожи, и Порция с изумлением осознала, что ее уже насытившееся тело снова охватило возбуждение. Она не могла понять, что такого в этом человеке, что воспламеняло ее чувства, но, по-видимому, их короткая встреча не была концом отношений.

Наконец она позволила себе встретиться с ним глазами, и сердце ее сжалось, потому что она заметила подлинное волнение в глубине его горящих страстью серебристых глаз.

– Вы в порядке? – спросил он тихо. Ее губы тронула робкая улыбка.

– Не вполне уверена. Никогда не испытывала ничего подобного.

Он успокоился и провел пальцем по ее губам, будто изучая их форму.

– Вы довольны?

Румянец окрасил ее щеки, когда она вспомнила, насколько забылась и какие крики наслаждения он исторг из ее груди.

– Вам должно быть известно. Я не предполагала, что женщина может испытать наслаждение… таким… таким образом.

Она услышала его тихий смех, ладонь скользнула вниз по ее спине, и Фредерик прижал ее к себе так крепко, что она смогла ощутить меру его возбуждения.

– Вам предстоит открыть множество наслаждений, дорогая. Все, что требуется – довериться мне.

По телу Порции прошла дрожь. Не от страха. К этому она была готова. Вместо страха Порция испытала удивительное и ошеломляющее желание прижаться к нему еще теснее, чтобы острее почувствовать твердость его восставшей плоти. Ей хотелось сорвать с него тяжелый халат и провести языком по его гладкой груди, хотелось, чтобы он уложил ее на спину и глубоко вошел в ее тело.

Порция подавила вздох, потому что эти греховные образы, представшие в воображении, смутили ее, но сердце забилось сильнее, а тело испытало отчаянное томление.

– Нет, – тихо выдохнула она, отталкивая его и выбираясь из постели.

В мгновение ока он оказался стоящим рядом с ней. Он смотрел, как она, хмурясь, с озабоченным видом пытается натянуть через голову платье.

– В чем дело, Порция?

Опустив голову, она попыталась скрыть выражение своего лица под упавшими волосами и торопливо натягивала чулки и домашние туфли.