Небольшой буксир вывел их из бухты. К наступлению темноты на палубе расстелили матрасы и циновки, на которых спали местные жители. Селии и Гаттерас предоставили места в большой кормовой каюте, рассчитанной на двенадцать пассажиров.

Отвернув край тонкого покрывала, Селия увидела ползущего по простыне таракана.

– О Боже!

Селию передернуло, а Гаттерас засмеялась:

– Не бойся! На Гавайях не было ни тараканов, ни крыс, ни мышей, пока здесь не появились белые. Поскольку мы их завезли, нам от них и страдать. Это справедливо, согласна?

На второй день пути двигатель «Килауеа» заглох, и судно пять часов швыряло по волнам. Селия провела беспокойную ночь. Ее соседи страдали от морской болезни, а ко всему прочему начало лить с потолка.

Селия, съежившись, лежала на полке. От радостного волнения не осталось и следа. Может, она совершила ошибку, решив отправиться в Маунтен Вью? Нет сомнений, Джон не отступится, да и Гаттерас будет вести дело к свадьбе.

«Но я пробуду там всего месяц или два, – убеждала себя девушка, – и на это время отделаюсь от Джона». А Роман, конечно, будет часто приезжать в Маунтен Вью, и ей удастся увлечь его.

На следующий день вдали показался острой Мауи. Селия не отрывала глаз от величественной сине-зеленой Халеакала, над которой плыли темные облака.

– Сказочная красота!

Услышав восторженное восклицание Селии, Гаттерас снисходительно улыбнулась:

– Пожалуй, ты права. Маунтен Вью – необычайно красивое место. Можно только мечтать обосноваться здесь с семьей. Я написала твоей матери длинное письмо о том, что у нас происходит. Уверена, она одобрит твой выбор.

Значит, новость узнают и в Бостоне. Подумав о своем тайном замысле, Селия покрылась испариной. Да, она зашла уже слишком далеко, и пути назад нет.

Днем они прибыли в Лахаина – маленький городок, населенный китобоями, купили на рынке продукты и наняли повозку, которая должна была доставить их в Маунтен Вью.

Два часа спустя Селия и Гаттерас уже поднимались по дороге, проложенной в отрогах гор Западные Мауи. Положенные на дно повозки матрасы мало помогали, ибо дорога была тряской, но виды, открывавшиеся перед ними, искупали все неудобства. Они проезжали мимо ущелий и мимо скал, о которые разбивались бушующие волны. Селии казалось, что этот восхитительный пейзаж как нельзя лучше отвечает ее переживаниям. Все на Мауи было необычным и романтическим.

– Ну как тебе все это нравится, дорогая?

– Здесь все так… Так эффектно, так величественно!.. Я уже полюбила все это так, словно провела здесь всю жизнь.

– Искренне надеюсь, что это так, раз уж ты решила выйти замуж за местного жителя.

Селия вспыхнула, но промолчала. Дорога серпантином уходила вверх, и взору девушки открывались такие картины, что от них дух захватывало. Внизу в лучах заходящего солнца поблескивало море, а на горизонте в сине-голубой дымке виднелись острова Ланаи и Молокаи.

«Волшебные острова», – подумала Селия, и ее сердце дрогнуло: сегодня все выглядело волшебным.

Наконец они увидели поле, засеянное сахарным тростником. Стебли достигали высоты человеческого роста, листья шелестели от легкого ветерка.

Селия как зачарованная смотрела на тростник, который напоминал ей детскую сказку «Джек и бобовый стебель»… Она одернула себя: «Пора уже вырасти, Селия Гриффин! Ты взрослая женщина, а не ребенок!» И все же зеленое поле навевало мысли о прежних мечтах.

Внезапно, сразу за поворотом, открылся вид на Маунтен Вью. У девушки перехватило дыхание. В конце аллеи, усаженной огромными деревьями, стояла усадьба, а перед ней расстилалась необычайно живописная зеленая лужайка, окруженная большими каменными вазами с ярко-красными цветами.

Большой белый особняк с зелеными ставнями, высокими окнами, длинными верандами и портиком в федералистском стиле был великолепен.

«Такой особняк, характерный для Гавайев, украсил бы и Новую Англию», – подумала Селия. Окруженный множеством цветущих деревьев и кустов, дом прекрасно вписывался в окружающий пейзаж. Буйные побеги винограда и вьющиеся растения тянулись с веранды к главному входу.

У Селии даже дух захватило: неужели это и есть Маунтен Вью? Но она тут же с горечью поняла, что ей никогда не быть здесь хозяйкой.

– И в самом деле прекрасное место, – весело заметила Гаттерас, держась за край повозки. – Но, вижу, здесь полно работы. Ты заметила другие постройки?

Селия огляделась. Сквозь деревья виднелись бревенчатые дома, крытые соломой сараи, большое строение с рифленой железной крышей, каменная церковь, а за тростниковым полем маленькая гавайская деревня.

Внезапно девушка ощутила удушливый сладкий запах.