— Да, это я, — кивнула Шанна.

Капитан полез в карман своего сюртука, вытащил запечатанное письмо и вручил его Шанне.

— Это для вас, мэм, от капитана Бошана.

Принимая конверт, Шанна взглянула на восковую печать с инициалом «Б». Она была восхищена благородством капитана Бошана. Это был королевский подарок! Она много читала о лошадях. Мощная, суживавшаяся вперед голова этой кобылы, ее выразительные глаза и грациозно выгнутая шея говорили о том, что в ней течет арабская кровь, и Шанна убедилась в этом, прочитав письмо, где Натаниэль изложил родословную лошади. Кобыла эта была достойна жеребца Аттилы и, без сомнения, принесет хороших жеребят от него.

В письме говорилось, что Бошаны будут рады ее приезду, и Натаниэль выражал надежду на то, что их путешествие будет предпринято без промедления, тем более, осень ожидается теплой.

— Так что раны у кобылы не по нашей вине, мэм, — еще раз заверил капитан Робертс, неправильно истолковав мысли нахмурившейся Шанны.

— Да, конечно, — медленно ответила Шанна. — У нас на острове есть человек, хорошо разбирающийся в лошадях.

Вперед шагнул мальчик лет десяти, до того стоявший в стороне с большим пакетом в руках. Он тронул капитана за полу мундира.

— Куда мне отнести вот это? — спросил он.

— Мэм, — капитан снова взглянул на Шанну, — не знаете ли вы, где этот мальчик может увидеть господина Джона Рюарка?

— Уж и не знаю, — ответила удивленная Шанна. — Возможно, он работает на лесопилке, а коттедж его там, за нашим домом, может быть, я могу чем-нибудь вам помочь?

— Это для него. — Капитан указал пальцем на пакет. — Можно оставить у дверей его дома?

— Да, конечно. — Шанна показала тропинку между деревьями. — Нужно обогнуть дом. Он живет в последнем, самом большом коттедже.

Мальчик ушел. Шанна потерлась щекой о лошадиную морду, радуясь подарку.

— Бошаны назвали тебя Изабеллой. Ты наверняка соблазнишь моего Аттилу, ведь нигде на нашем острове нет такой прекрасной молодой кобылы. Но я должна попросить Рюарка взять на себя заботу о тебе. Никому другому я не могу доверить этого. Мой дракон умеет обращаться с дамами, — прошептала она с задумчивой улыбкой. — Я знаю, он тебе понравится.

В поисках Рюарка она наткнулась в деревне на Маклэрда.

— Увы, я его не видел, — пожал тот плечами. — Рано утром он заходил на склад, но больше я его не видел. Может быть, он на лесопилке?

Но и там его не оказалось. Шанна получила неопределенный ответ:

— Кажется, его позвали на пивоварню.

Но и в пивоварне не знали, куда девался Рюарк. Наконец она отказалась от бесплодных поисков и вернулась в дом, где ее отец внимал бесконечным рассказам сэра Биллингсхэма о судоверфях. Слушая их вполуха, Шанна тихо прошла через вестибюль, но скрип входной двери привлек внимание Гэйлорда. Он поспешил к ней с просьбой присоединиться к ним в гостиной, и не принял ее извинений — ей надо было переодеться к обеду, — твердо заявив, что она и так восхитительна.

Это был один из скучнейших вечеров в ее жизни, так как Гэйлорд был не способен говорить ни о чем другом, кроме аристократизма своей семьи, и о том, как его имя будет способствовать процветанию дела Траерна. Посидев с ними некоторое время после окончания трапезы, Шанна нашла повод подняться к себе, где она сразу же распорядилась, чтобы приготовили ванну, сбросила костюм для верховой езды и отправила Эргюс спать.

Погрузившись в горячую воду, Шанна откинулась на край ванны и стала лениво намыливать плечи. Щеки ее порозовели, а серо-зеленые глаза заблестели. Однако губы ее были по-детски надуты. Было досадно, что она так и не нашла Рюарка, который не появился и за обедом. Раньше не было дня, чтобы она хотя бы мельком не видела Рюарка и не перекинулась с ним парой слов. Но в последнее время ей редко удавалось с ним поговорить, потому что Гэйлорд буквально ходил за ней по пятам и всегда старался взять ее руку, что все больше выводило из себя Рюарка.

Она закрыла глаза, чувствуя, как вода постепенно снимает напряжение. За спиной Шанны от вечернего бриза шелестели шелковые занавески. Гроза обошла стороной дом Траерна, и теперь спокойствие наступившей ночи нарушало лишь кваканье лягушек. Часы пробили десять, и с последним ударом зазвучала какая-то мелодия, которой она никогда не слышала в своих апартаментах. Открыв глаза, Шанна увидела на столике около ванны довольно большую музыкальную шкатулку, а рядом, удобно развалясь в кресле, сидел Рюарк, с ласковой улыбкой на красивых губах, скрестив вытянутые вперед длинные ноги.

Выпрямившись, Шанна с удивлением посмотрела на него. Этот джентльмен чувствовал себя как дома. Его шляпа валялась на кровати, рядом с рубашкой, и на нем оставались лишь короткие бриджи, подчеркивавшие бронзовый загар его тела.

— Добрый вечер, любовь моя, — проговорил он, не спуская глаз с ее обнаженной груди.

— Вы не имеете права, — возмутилась Шанна, перекрывая звуки незнакомой мелодии, — врываться в ванную комнату леди и подсматривать, оставаясь незамеченным, — уже менее сердито закончила она фразу под спокойным взглядом Рюарка.