— Идите ко мне, колдунья, — рассмеявшись, мягко проговорил Рюарк. — Вылезайте из своей кастрюли и вытритесь же, наконец.

Рюарк протянул ей полотенце. Под его горячим взглядом Шанна встала на ноги и плотно завернулась в льняную ткань. Он подал ей руку, чтобы помочь выйти из ванны, и последовал за ней к туалетному столику, восхищаясь плавным покачиванием ее бедер.

— Почему вы так меня искали, любовь моя? — спросил Рюарк, встретив взгляд Шанны в зеркале, перед которым она расчесывала свои длинные волосы.

Вспомнив про Изабеллу, Шанна с живостью повернулась к Рюарку и взяла его тонкие пальцы.

— О, Рюарк, капитан Бошан сделал мне чудесный подарок. Он прислал превосходную кобылу, но она немного пострадала, и ее нужно подлечить.

Рюарк удивленно поднял брови:

— Пострадала?

— Капитан Робертс сказал, что, когда ее перевозили, во время шторма она поранилась, ударяясь о стенку стойла. Я велела конюху сделать все, что он может, пока не придете вы. — Сине-зеленые глаза Шанны умоляли. — О, Рюарк, вы вылечите ее, не так ли? Ради меня… Пожалуйста…

Рюарк провел рукой по золотистым локонам, и глаза его стали мягче и ласковее.

— Она вам так понравилась, Шанна?

— О да, Рюарк, очень.

— Я сделаю все, что в моих силах, — улыбнулся он. — Вы же знаете, что я самый пылкий ваш раб.

Шанна оттолкнула его руку, уловив иронический смысл этих слов, и снова повернулась к зеркалу.

— Что было бы, если бы вы были свободным человеком? — спросила она Рюарка. — Уехали бы искать свое счастье где-нибудь в другом месте? Да или нет?

— Да разве найдутся на свете такие сокровища, на которые я мог бы променять вас, любовь моя? — проговорил он, поддразнивая Шанну. — Разве я смогу вас когда-нибудь покинуть? Только безумие могло бы довести меня до этого! Ах, любовь моя, разве вам это неизвестно? — Ее глаза изливали сияние. — Вы — мое единственное сокровище, самый драгоценный бриллиант.

Шанна надула губы, отбросив в сторону щетку для волос.

— Вы шутите, Рюарк, а мне необходимо знать правду.

— Правду, миледи? — Он отвесил поклон зеркальному отражению Шанны и ухмыльнулся. — Должно быть, миледи забыла клятвы, принесенные перед алтарем. Я связан с вами до моего последнего вздоха.

Отбросив со лба блестящие волосы, Шанна встала с обитой бархатом скамьи и прошла по комнате под его пристальным взглядом. Она сознавала, какое влияние оказывала на Рюарка ее почти полная нагота. Льняное полотенце едва прикрывало ее грудь и оставляло полностью открытыми длинные, стройные ноги. Движения ее были медленными и томными, грациозными и плавными, и всем этим она как бы наказывала его за дерзкое напоминание о ее собственных клятвах.

— Как вам нравится говорить мне колкости по этому поводу! Вы ведете себя так самодовольно и вызывающе в моих комнатах, как будто во всем мире нет одежды достойнее, чем эти ужасные бриджи!

— Если я бедняк, мадам, то тогда вы жена бедняка, — с усмешкой уточнил Рюарк.

— Вы обыкновенный распутник, позволяющий себе под любым предлогом врываться в мои апартаменты, — парировала Шанна. — И чтобы заставить вас молчать, я вынуждена уступать вам, иначе моя тайна станет достоянием широкой публики. Таких, как вы, называют подлецами, сэр. Тот, кто использует женщину подобным образом, не достоин даже виселицы.

Рюарк медленно подошел к ней с гипнотической улыбкой на губах. Шанна отпрянула от него, как дичь от охотника, пытаясь оставаться на почтительном расстоянии.

— Мадам, это правда, что я всеми силами стараюсь под любым предлогом быть рядом с вами. Но чтобы я был обычным распутником? Вот уж нет. Я веду скорее монашеский образ жизни.

— Ха! — усмехнулась Шанна. С остановившимся дыханием она увернулась от шагнувшего к ней Рюарка. Его рука повисла в воздухе, но аромат ее теплого тела и запах влажных волос затуманили его разум. Он ринулся за ней. Спасаясь от него, Шанна спряталась за кресло и рассмеялась серебристым смехом, похожим на журчание быстрого горного ручья. Из-за спинки кресла она состроила ему насмешливую рожицу, но глаза ее, вызывающие и манящие, красноречивее любых слов говорили о ее чувствах, искрясь кокетливым очарованием.

Глаза Рюарка вспыхнули, и он отодвинул кресло, показывая ей, что оно не может служить преградой между ними. Шанна, хихикнув, отступила за небольшой мраморный столик.

— Рюарк, возьмите себя в руки, — убеждала она его, стараясь придать строгость своему голосу. — Я хочу положить этому конец, раз и навсегда.

— О, мы положим этому конец, мадам, — заверил он ее, затем ухватился за край столика и отодвинул в сторону это последнее препятствие.

Стена остановила отступление Шанны, и она огляделась. Слева была кровать. Это, разумеется, не убежище. Справа, за прозрачными шелковыми гардинами, раскрытые двери вели на балкон.