– Очень мудро, – согласился Гаррет, отходя от камина и усаживаясь в кресло перед Майлсом. – Если запрос поступает от герцога Четэма, на него просто нельзя не ответить.

– Письма я отправил сегодня утром, с нарочными, и приказал им обязательно дождаться ответа.

– За этими разговорами я совершенно забыл, с чем пришел к тебе, – сказал Гаррет, резко встав из-за стола. – Мне удалось узнать, что все записи о рождении Эдварда и его отправке в приют, в котором позже его разыскал Джеффри, подделаны, причем много лет тому назад. Никто не смог объяснить мне, кто, когда и зачем это сделал.

– Действительно, кому это могло понадобиться? – покачал головой Майлс.

В это время в дверь постучали, и появившийся Коусгров доложил, что какой-то незнакомец спрашивает герцога.

– Он похож на бродягу, милорд, – добавил дворецкий. – Весь грязный и оборванный. Я не стал бы вас беспокоить, но у него в руках ваша листовка.

– Приведите его сюда, Коусгров, – распорядился Майлс и заметил, глядя на закрывшуюся за дворецким дверь: – Хотелось бы надеяться, что на этот раз мы хоть что-нибудь сумеем узнать. Мне кажется, что за одно слово о Кэтрин я отдал бы все сокровища мира.

– Не теряй надежду, Майлс. Мы обязательно разыщем их.

– Завидую тебе, Гаррет. Ты оптимист. Боже, сделай так, чтобы мои надежды оправдались!

Коусгров вернулся в сопровождении тощего длинного молодого человека. С первого взгляда было понятно, что тот беден, очень беден. В его руке была зажата смятая листовка.

Майлс предложил незнакомцу присесть и спросил, не хочет ли тот подкрепиться.

– Премного благодарен, ваша милость, – покачал головой незнакомец, – но я лучше сразу перейду к делу, пока у меня храбрости хватает. Меня зовут Энди. Скажите, вы – герцог? Пожалуй, вы выглядите слишком молодо, чтобы быть ее отцом. Она много рассказывала мне про своего отца. Говорила, что он богатый и знатный.

– Она говорила, – повторил Майлс. – Кто она?

– Леди Тория, кто же еще. Перед тем, как мы собирались с ней бежать.

Майлс одним прыжком выскочил из-за стола.

– Бежать? О чем вы толкуете, Энди?

Гаррет, заметив перепуганный вид Энди, бросил сердитый взгляд на Майлса и стал успокаивать молодого человека.

– Энди, расскажите нам подробнее все, что вам известно о леди Виктории. Не бойтесь, никто вас не обидит. Мы просто разволновались, услышав ее имя.

Энди рассказал Майлсу и Гаррету о том, что несколько месяцев тому назад некто нанял его кузена Клайва, чтобы тот похитил Викторию. Самого нанимателя Энди никогда не видел, но Клайв описал его во всех деталях.

– Клайв сказал, что его светлость, этот граф, был похож на самого дьявола – высокий, темноглазый, с седыми прядями, красивый, но опасный.

По телу Майлса пробежал холодок. Он вспомнил, что свое первое впечатление от Эдварда Кэтрин передала словом «Демон». Он вцепился в подлокотники кресла так, что побелели костяшки пальцев, и продолжал жадно ловить каждое слово, сказанное Энди.

А тот бесхитростно рассказывал о том, как они с Клайвом устроили засаду на лесной дороге, как убили и закопали кучера, а Викторию увезли в заброшенный дом неподалеку от Бристоля. Там она и находилась в течение целого месяца. Упомянул он и о том, что граф, прежде чем выплатить оставшиеся деньги, потребовал у Клайва доказательств.

– И что же Клайв? – спросил Гаррет.

– Он взял золотую цепочку с сердечком, которую леди Тория носила на шее, – ответил Энди. – Увидев ее, граф поверил в то, что леди Тория мертва, и выплатил все деньги.

– А зачем вашему кузену потребовалось так долго держать ее в том доме? – снова задал вопрос Гаррет. – Он что, собирался вернуть ее отцу?

– Нет, – покачал головой Энди. – Клайв сказал, что его дружок, Шарки, может продать леди Торию в Стамбуле и получить за нее кучу денег. Я просил его не делать этого, но разве он когда-нибудь слушал меня? Однажды мы с леди Торией сидели возле камина, и она рассказала мне про своего отца. Говорила, что тот даст много денег, если мы вернем ее домой целой и невредимой.

– Потому вы и решили помочь ей бежать – из-за денег?

– Деньги, конечно, хорошо, но это еще не все. Леди Тория знала того человека, который нанял Клайва. Она сказала, что все равно найдет способ доказать его вину, и тогда тот все свалит на Клайва. – Энди раскачивался на стуле, потирая ладони. – Клайв был моим единственным родственником на всем белом свете. Леди Тория обещала, что, если я помогу ей вернуться домой, она не отдаст Клайва в руки полиции. Она даже хотела дать мне постоянную работу. Клайв уснул, и мы попытались бежать, но он проснулся и застукал нас. Избил меня в кровь, потом прогнал, велел возвращаться в Лондон. Он следил за мной до тех пор, пока я не ускакал прочь.

– И вы оставили ее одну с этим чудовищем! – вспыхнул Майлс. – Да как вы смели…

– Неправда, я быстро вернулся, – воскликнул Энди, прижимаясь к спинке стула, – но леди Тории уже не было.

Гаррет жестом приказал Майлсу успокоиться и спросил:

– Значит, Клайв увез ее в какое-то другое место?

– Нет. – Губы Энди дрогнули, а на глазах заблестели слезы. – Когда я вернулся, то нашел Клайва мертвым, в луже крови. Вся грудь его была исколота ножом, а леди Тории и след простыл.

Он всхлипнул, вытер нос грязным рукавом и продолжил: