Пока не приглядишься получше. Изучая историю, Кирк всегда интересовался старинными портретами, и неоднократно его поражала разница между лицами разных эпох. Лица семнадцатого столетия отличались от девятнадцатого, которые в свою очередь были не похожи на двадцатое - и ни у кого не было такого выражения, как в двадцать третьем. Разница была еле заметна, но реальна: иногда ее трудно было заметить иначе чем в сравнении, когда выявлялось какое-то странное сходство. Среди дюжины фотографий Нью-Орлеанских проституток девятнадцатого века, сделанных Беллоком, у одной девушки было лицо из двадцатого века; на фотографиях рок-музыканта двадцатого века был один, который выглядел так, будто родился не в 1940, а в 1640 году.

У Дилана Ариоса и Фила Купера были лица не из двадцать третьего века.

Или, может, это была настороженность, которая въелась в них, как дилитиумная пыль в складки кожи шахтера, как будто они всегда оглядываются через плечо -именно это наполнило его яростью против Консилиума, заставило сражаться с отчаянием. Заставило его пойти на риск, чтобы помочь в их деле.

Будущее, в котором глаза у всех были похожи на эти.

– Может, это и не понадобится, - сказал Маккой.

Кирк, Купер и Ариос уставились на него в полном изумлении.

– Я тут составил карту повторного роста ваших имплантатов и имплантатов Шарнаса.
– Доктор вернул щипцы в ящик, продезинфицировал руки и указал на последние фотографии внутренних органов, которые лежали на конторке.
– Сестра Чейпл обратила на них мое внимание около получаса назад: за четыре дня не было фактически никакого роста имплантатов. Вы сами сказали, что время повторного роста может быть разным. По моей теории, оно зависит от наличия некоторых элементов - железа, солей кальция и минералов - в крови, - которые могут использоваться микропроцессорами имплантатов для самовосстановления. А сейчас случилось так, что отравление родоном - которому вы все подверглись, когда ваша система охлаждения вышла из строя - подействовало так, что лишило вашу кровь этих элементов.

Ариос медленно выпрямился на столе; Купер положил руку, почти неосознанно защищаясь, на затылок.

– Вы имеете в виду, что если я нанюхаюсь родона, прежде чем пойду на этот корабль, со мной все будет в порядке?

– Я имею в виду, что если я дам вам большую дозу витамина Д-семь, - сказал Маккой, показывая серебряную трубку инъектора, - эти элементы в вашей крови останутся, но с имплантатами не свяжутся. Вы почувствуете усталость и может, у вас немного участится дыхание, пока ваше тело не освоится, но это все же лучше, чем шок от выжигания имплантатов из нервов.

– А нельзя ли как-то избежать перехода?
– Чейпл вручила Ариосу красную рубашку и с тревогой взглянула на Купера. За последние четыре дня ее симпатия к ним всем сильно выросла.

– Маккеннон заподозрит, что что-то не так, - сказал Кирк.
– Она думает, что эти люди у меня заперты на ключ.
– Он взглянул на хронометр (не в первый раз за последние пятнадцать минут), в венах играл адреналин.
– Я не могу дать ей ни единого повода думать, что это не так. У нас полчаса, и нам понадобится еще кто-то, кроме Ариоса, кто знает планировку звездолетов Федерации-Косилиума.

Маккой заворчал: - Шарнас слишком молод, и только богу известно, как мы разрушим имплантаты Тэда, а Маккеннон знает, что в Звездном Флоте нет ни одного клингона и чертовски мало орионцев.

– Это сейчас, - сказал Ариос задумчиво. Его глаза тоже были темными. При его резких чертах лица у него была внешность странного, непонятно какой касты индийца.
– А знаете, первый офицер-клингон в Звездном Флоте служит на этом корабле...Не на этом "Энтерпрайзе", а на "Энтерпрайзе-Д"...А потом их было уже много.

Кирк снова ощутил то странное чувство, которое охватило его после слов Адайи "О...Это...". Понимание того, что он общается с людьми, для которых его будущее было прошлым.

– Из них тоже вышли...выходят...чертовски хорошие офицеры. Империя и Федерация - а также системы ромуланцев - были с состоянии почти полного мира, когда возникла чума, хотя не могу сказать, как это случилось - мы до сих пор не знаем. Если бы это было не так, полагаю, ромуланцы были бы целиком уничтожены. Их культура была весьма значительной.

Он оглянулся на Чейпл и спросил: - Если Фил вот-вот получит Д-семь и телепортируется с нами на "Саваши", может, ему стоило бы вколоть три-окса и адреналазы?

Чейпл взглянула на Маккоя, который кивнул. Когда дверь с шелестом закрылась за ней, мастер повернулся к Кирку.
– Чума поражает центральную нервную систему, деформируя большинство нервных окончаний, особенно взаимодействие между инстинктивным и когнитивным центрами мозга. У большинства жертв это вызывало бешеную ярость, паранойю, они начинали беспорядочно убивать...жуткие сцены. Эндорфины слепого гнева хоть немного уменьшали боль. Был всплеск войн - потому что были заражены многие руководители - не говоря уж о действующих армиях - и никто ничего не знал. Когда Консилиум - только он тогда не так назывался - в конце концов направил медицинскую помощь на Ромул, там мало что осталось, кроме дымящихся руин. Корабли до сих пор могут поймать Рем радиационными детекторами с другой стороны этого квадранта. Это было...черт бы побрал этот Консилиум.