Жесткой рукой он рассеянно почесал мошонку, потому что зуд сегодня был нестерпим. Он непроизвольно коснулся своего полового органа. Он был бесчувственный. Дряблый.

Доктор вспомнил, что уже несколько месяцев у него не было эрекции. Это только из-за плохого питания. Не надо волноваться. Мы выйдем отсюда, будем нормально питаться, все станет на свои места. Мужчина в сорок три года все еще мужчина.

Вернулся Стивен с похоронной командой. Тело положили на носилки и унесли. Стивен поменял единственную простыню. Тут же внесли другие носилки и помогли новому больному лечь на кровать.

Доктор Кеннеди автоматически пощупал его пульс.

— Завтра начнется приступ, — сказал он. — Это просто малярия.

— Да, доктор. — Стивен бодро взглянул на врача. — Дать ему хинина?

— Конечно, дать хинина!

— Простите, полковник, — едко сказал Стивен, вскидывая голову. — Я всего лишь задавал вопрос. Полагается, что только врачи уполномочены назначать лекарства.

— Ну, так дайте ему хинина и ради Бога, Стивен, перестаньте притворяться проклятой бабой.

— Как! — Браслеты Стивена звякнули, когда он задрал нос и повернулся спиной к больному. — Довольно несправедливо бросаться на человека, доктор Кеннеди, когда он старается сделать лучше.

Доктор Кеннеди обругал бы Стивена, но в этот момент в палату вошел доктор Прудомм.

— Добрый вечер, полковник.

— А, привет. — Доктор Кеннеди благодарно повернулся к нему, понимая, что было бы глупостью ругаться со Стивеном. — Все в порядке?

— Да. Можно вас на минутку?

— Конечно.

Прудомм был маленьким, спокойным человеком с куриной грудью, руки его были покрыты пятнами — следами многолетней работы с химикатами. Голос у него был серьезный и спокойный.

— Завтра две операции по поводу аппендицита. Одного только что притащили в пункт первой помощи.

— Ладно. Я осмотрю их перед тем, как уходить.

— Хотите оперировать? — Прудомм посмотрел в дальний конец палаты, где Стивен держал таз перед больным, которого рвало.

— Да. Дайте мне чем-нибудь заняться, — сказал Кеннеди. Он пристально всмотрелся в темный угол. При тусклом свете затененной лампы хорошо видны были длинные изящные ноги Стивена и изгиб его ягодиц, выделяющихся под облегающими шортами.

Чувствуя на себе их пристальные взгляды, Стивен посмотрел в их сторону и улыбнулся.

— Добрый вечер, доктор Прудомм.

— Привет, Стивен, — ласково сказал Прудомм.

К своему ужасу доктор Кеннеди увидел, что Прудомм все еще смотрит на Стивена.

Прудомм повернулся к Кеннеди, заметив его потрясение и отвращение.

— Ах да, кстати, я закончил вскрытие человека, которого нашли в выгребной яме. Смерть наступила от удушья, — добавил он.

— Если вы находите сначала голову человека на полпути до дна ямы, то более чем ясно, что смерть наступила от удушья.

— Верно, доктор, — легко согласился Прудомм. — Я указал в свидетельстве о смерти: самоубийство из-за нарушения душевного равновесия.

— Тело опознано?

— О да. Сегодня днем. Он был австралийцем. Пленного звали Гёбл.

Доктор Кеннеди потер лицо.

— Я бы не расстался с жизнью таким образом. Ужасно.

Прудомм кивнул, и его взгляд переключился на Стивена.

— Я вполне согласен. Его, конечно, могли бросить в яму.

— Нашли какие-нибудь насильственные признаки на теле?

— Никаких.

Доктор Кеннеди постарался заставить себя не обращать внимания на то, как Прудомм смотрит на Стивена.

— Убийство это или самоубийство, способ ужасен. Ужасен! Думаю, что мы никогда не узнаем, как было дело.

— Сегодня днем, как только человек был опознан, было короткое расследование. Доказано, что несколько дней тому назад его поймали на воровстве пайков, причитающихся какой-то хижине.

— О! Понятно.

— Как бы там ни было, я хочу сказать, что он заслужил это, не так ли?

— Думаю, что да. — Доктору Кеннеди хотелось продолжить этот разговор: ему было одиноко, но он видел, что Прудомм интересуется только Стивеном.

— Ну, — сказал он, — я лучше пойду с обходом. Хотите присоединиться?

— Благодарю, но я должен подготовить больных к операции.

Выходя из палаты, доктор Кеннеди краем глаза заметил, как Стивен легко коснулся Прудомма, проходя мимо, а тот ответил незаметной лаской. Он услышал смешок Стивена и увидел, как тот открыто ответил на эту ласку.